В первую минуту она испугалась, что кто-то из них может нанести им удар исподтишка, но уже вскоре поняла, что бояться стоит не этого. Бояться стоит, что Такеши изменит его привычная выдержка, и он обнажит катану невзирая на клятвы и присутствие Асакура. Она еще никогда не видела его столь обеспокоенным, как сегодня. Ей казалось, он мог сорваться в любую секунду — скажи кто-либо из Тайра еще хоть слово, и Такеши уже не смог бы себя остановить.
— Много наслышан о вас, Наоми-сан, — голос Асакура донесся до ее ушей будто сквозь вату.
С испугом она вскинула голову: оба мужчины смотрели на нее. Наоми опустила ресницы, решив, что молчаливая благодарность оградит ее от необходимости отвечать. Всеми силами она будет стараться избежать неудобных вопросов на этом завтраке.
Не дождавшись ее слов, Дайго-сама хмыкнул и взял палочки:
— Итадакимас!
Наоми притронулась к палочкам лишь после того, как Такеши коснулся своих. Она положила в пиалу немного риса, всей кожей ощущая пристальный взгляд Асакура.
— Я удивился, когда узнал, что вы приехали, Наоми-сан. Нынче опасное время для одиноких путешествий, — проникновенно произнес Дайго-сан.
— Я способен обеспечить безопасность моей жены, — Такеши усмехнулся.
Ему было забавно наблюдать за непривычно молчаливой и тихой Наоми. Отчего-то в его присутствии она никогда не считала нужным изображать благовоспитанную девушку из хорошей семьи.
— Это я под сомнение не ставлю, — отозвался Асакура.
«Зачем здесь были Тайра? Почему он принял их до нас?» — окидывая старика оценивающим взглядом, размышлял Такеши.
Он никак не мог понять, что было у того на уме. И ему это не нравилось.
— Я представлял вас иной, Наоми-сан. Если судить по чужим рассказам, вы являетесь безжалостной и бессердечной.
— Первое впечатление — всегда обманчиво, Дайго-сама, — скромно улыбнувшись, заметила Наоми. Она решила, что уже достаточно молчала.
Асакура закряхтел, и при желании этот звук можно было принять за смешок.
— Так кто же обманулся — я или те люди, что говорят о вас?
— А что они рассказывают? — она опустила левую ладонь на колено и, позаботившись, чтобы поверхность стола скрыла ее от взгляда Асакура, стиснула кулак.
Нетрудно было догадаться, к чему подводил разговор Дайго-сама. Она только думала, скажет ли он прямо или ограничится лишь намеком?
— Что вы убили своего отца.
Наоми почти не составило труда сохранить безразличное выражение лица после услышанного.
