Он заметил, что против воли обхватил ладонью рукоять катаны, и почувствовал осторожное прикосновение к левому плечу — то Наоми едва ощутимо поглаживала его. Повисшее в воздухе напряжение было плотным, словно туман на вершине горы. Тайра смотрели на него, он — на них, и никто не отводил взгляда и не двигался. Дайго-сан переводил заинтересованный взгляд с Такеши на Нобу и по всему было видно, что сложившееся положение его откровенно забавляет.
— Мои соболезнования в связи со смертью твоего отца, — слова Нобу Тайра стали для Такеши пощечиной.
Он одарил старика тяжелым взглядом исподлобья и почувствовал, как вздрогнула за его спиной Наоми.
— Успел застать его при жизни? — Тайра спрашивал не для того, чтобы услышать ответ. Все и так знали, что Такеши Минамото увидел своего отца уже мертвым.
— Мои соболезнования в связи с тем, что твои люди не способны схватить сбежавшего пленника, — выплюнул Такеши сквозь зубы и перевел неприязненный взгляд на Нанаши. Он чувствовал затылком, что Яшамару и Масато готовы взяться за катаны по одному его слову.
Но он не собирался этого допускать. Он не будет тем, кто первым прольет чужую кровь в поместье Асакура и нарушит данное обещание.
Но лица Тайра… Такеши чувствовал, как медленно теряет контроль. Он видел Нобу и забывал почти обо всем, и его захватывало желание обнажить катану и снести голову старика, а вслед за ней — голову его никчемного племянника.
— Такеши-сан, — Наоми тронула его за локоть и слегка потянула на себя. Кивком головы она указала на главу клана Асакура.
— Дайго-сама ждет нас.
Минамото моргнул, и наваждение пропало. Исчез даже соленый привкус крови, что он чувствовал на языке некоторое время. Он повернулся к жене и посмотрел на Асакура:
— Дайго-сан, доброе утро.
Боковым зрением он уловил, что Тайра медленно двинулись по коридору прочь. Жестом руки он остановил Наоми, вздумавшую последовать в комнату за Дайго-саном, и вошел первым сам. За то время, пока они обменивалась с Тайра колкими словами, слуги успели расставить на столе кушанья для их завтрака.
Такеши окинул равнодушным взглядом десяток маленьких мисочек: жизнь, которую он вел с тринадцати лет, не располагала к появлению у него любви к изысканным трапезам."
"Он опустился на татами напротив Дайго-сана, и Наоми разместилась рядом с ним, из-под опущенных ресниц разглядывая комнату и старого Асакура. Она чувствовала себя неуютно, и нежданная встреча с Тайра лишила ее душевного равновесия.
