По лицу Кенджи прошла мучительная судорога и он помедлил, хотя Нобу уже давно отпустил его.
Он беззвучно прощался с сыном. Одним лишь взглядом.
Когда Такеши шагнул вперед, оставив за спиной отца, двое солдат мгновенно заломили ему руки, заставив низко согнуться. Он не мог видеть, но слышал, как поспешно Нарамаро приказал отступать, как последним ушел из зала, дождавшись Кенджи.
Солдаты Тайра бросились за ними почти тотчас, но Такеши не волновался: знал, что в саду их встретят люди Фухито.
Так они договорились, когда пытались просчитать, чем обернется для них сегодняшний вечер.
Такеши уловил звук приближавшихся шагов, а потом кто-то схватил его за волосы, дернул голову вверх. Он скривился и увидел перед собой Нанаши.
— Ну и чьи клятвы замешаны на словоблудии, Минамото?
Глава 19. Пустота
Наоми плохо помнила, как они уходили — сбегали — из императорского дворца. Ее начало мутить еще до того, как один из людей Тайра схватил ее и за волосы поволок в зал.
Ее начало мутить, когда к ее ногам подкатилась отрубленная голова защищавшего ее Кацуо-сана.
Липкая тошнота подкатила к горлу и не отпускала, пока ее удерживал кто-то из Тайра, пока она шла навстречу Такеши и видела его — возможно — в последний раз, пока Фухито-сан крепко сжимал ее руку и увлекал прочь.
Как можно дальше от императорского дворца. Как можно дальше от зала, где остался Такеши.
Вокруг вновь завязалась битва, и за их отступление была уплачена цена в десяток человеческих жизней.
Кровь сопровождала Наоми повсюду в тот вечер. Кровь ее защитника Кацуо-сана, кровь поверженных им врагов, кровь, павших от руки Фухито-сана."
"Кровь на ее лице, одежде, под ногами. Пропитавшийся кровью подол кимоно. Размазанные по щекам брызги. Кровь раненого Фухито-сана. Густые капли, стекающие по лезвию его катаны. Солоноватый вкус на языке. Вязкий от крови воздух.
Наоми не забудет этого до своей последней минуты.
Фухито-сан вывел ее за ворота императорского дворца и подсадил на коня перед кем-то из своих людей, велев скакать к оговоренному месту.
Встречный ветер помог остудить ей лицо и согнал последний румянец с бледных до синевы щек. Его порывы били по глазам и трепали ее прическу, от былой роскоши которой уже мало что осталось.
Наоми растеряла все свои заколки и булавки, сохранив оба сен-бона. Один из них помог ей сбежать из зала после приказа Такеши. Жаль, что от убийцы Кацуо-сана они не смогли ее защитить.
