— Нет! — тот решительно оскалился и зашагал к солдату, все еще державшему упиравшуюся Наоми.
Нобу остановил его повелительным взмахом руки.
— Помолчи, — он взглянул на Такеши. — Мой ответ — нет.
— Хорошо, — Минамото почти улыбался. — Тогда мы утопим вас в крови. И когда вы умрете, Нобу-сан, — ядовито подчеркнул он, — вам будет уже все равно, жив ли мой отец или нет.
Глубокая складка появилась на лбу Тайра, когда он нахмурился. С долгую минуту он пристально всматривался в Такеши, словно решал: а сможет ли он воплотить обещанное в жизнь.
Он знал, что сможет.
Ему нечего было терять.
— Такеши, — Нарамаро тихо окликнул его, чтобы скрыть дрожь в голосе. — Я сделаю все, чтобы вытащить тебя оттуда. Я клянусь.
— Позаботься о ней, — ответил Минамото, не отводя от Тайра взгляда.
Об отце он не просил: знал, что справится. И был благодарен, что Нарамаро не стал упрашивать его остаться. Понимал, что он не сможет иначе.
— Хорошо, — Нобу кивнул. — Отпустим и жену. Неделей раньше — неделей позже.
— Сложите оружие, — велел Такеши солдатам. — Сложите, — повторил он, когда те замешкались.
Сам он снял с пояса катану и рукоятью вперед протянул Нарамаро.
— Прощай, — шепнул он, когда с гулким стуком на татами упало оружие его воинов.
— Прощай, — эхом откликнулся Татибана, и Минамото готов был поклясться, что слышал в голосе друга злые слезы.
Такеши дошел до середины зала и остановился.
— Теперь отпустите жену.
— Ты наглец, — Нобу покачал головой, откровенно забавляясь.
Он коротко кивнул, и мужчина толкнул Наоми вперед.
Та запуталась в подоле разорванного кимоно и едва не упала, подбежала к Такеши, смотря ошалелыми, испуганными глазами.
— Пожалуйста, Такеши, — попросила она, — пожалуйста… — она сама не знала и не понимала, о чем просила.
Пожалуйста, пусть все это обернется сном. Пожалуйста, не уходи. Пожалуйста, скажи, что ты выживешь. Пожалуйста, не отпускай моей руки.
— Иди, Наоми, — он провел ладонью по ее щеке, и она затрепетала, схватила его ладонь обеими руками и прижалась к ней изо всех сил.
В последний раз.
— Береги себя, — успела шепнуть Наоми, когда Такеши резко освободил руку и зашагал вперед.
Она знала, что он не обернется.
Нарамаро жестом велел одному из солдат увести ее из зала, и Наоми не стала сопротивляться, когда кто-то обнял ее за плечи и вывел прочь, прикрыв своей спиной на случай вероломной атаки.
— Я ослушался тебя, — Такеши остановился напротив Кенджи. — Прости, отец.
