В них чистая похоть. Манящая и безвозвратно затягивающая.
Моё горло мгновенно зажимают эмоции.
Бож-ж-же…
Всё повторяется заново. Как в тот вечер…
Я не хочу! Не хочу! Не хочу!
У него свадьба! Есть избранная женщина. А я никто.
Я всего лишь случайная девочка, с которой он переспал.
Макс меня никогда не полюбит.
Он в принципе не умеет любить!
— Отпусти! — дергаюсь, заметив, как внимание Пожарского концентрируется на моей голой груди. Делаю очередную попытку подняться, но Максим опускает свободную ладонь мне на плечо.
Надавливает ею, не позволяя сдвинуться с места. Второй рукой удерживает за шею. Взглядом своим к полу пригвождает, а у меня коленки горят. Мне хочется взвыть…
— Тихо, Ива… — хрипит, недвусмысленно прищуриваясь. Глаза бессовестно меня жрут. Скользят по оголенным участкам кожи. Вожделением топят…
— Пусти меня! — паника, подступившая к горлу, вырывается очередным отчаянным криком.
— И не подумаю, — губы Макса изгибаются в хищном оскале. Лицо вмиг становится бесстрастным. Виски напряжёнными.
Челюсти сжатыми. Взгляд непроницаемым. — Достаточно ломать комедию и набивать себе цену. Я видел тебя в другом обличии. Отнюдь не такой трусливой и скромной овечкой. Отсосешь мне, Ива? Прямо сейчас. Я тебе щедро заплачу. Ты же любишь деньги? Все развратные девочки любят деньги… — огорошив своими словами, Пожарский склоняется к моему уху и добавляет вкрадчивым голосом, от которого по всему телу расползается невыносимый жар, а в животе затягивается ноющий узел: — …Хочу, как в тот вечер, малыш… Будь скромной и неопытной девочкой.
Доставь мне удовольствие, Ваня. Отсоси…
Прикасаясь теплыми губами к ушной раковине, Макс вынуждает вздрагивать от каждого произносимого им слова.
Разряд… Разряд… Разряд…
По венам разлетается горячий ток.
Я заживо плавлюсь и медленно умираю.
Загнанное в ловушку сердце на мгновенье перестает подавать признаки жизни. А Максу и этого мало. Он собирает на моем затылке волосы в кулак, неторопливо обводит кончиком носа ухо.
Ежусь.
Господи, как же приятно, аж слезы на глаза наворачиваются…
От этой неожиданной нежности внутри всё замирает и рассыпается искрами.
Запах его парфюма проникает в ноздри и плавит мозг.
Прикрываю глаза. Позорно тяну этот адский коктейль с его шеи и понимаю, что Макс — мой воздух… Он — мой рай…
Только с ним я чувствую себя цельной и живой.
Почему же так? Вопреки здравому смыслу и неоднозначному отношению ко мне, я тянусь к мужчине, как хрупкое растение к солнцу.
