— Прикуси язык, — рычит Максим, находясь на грани между «убить меня» и «помиловать». Хриплое и тяжелое дыхание толкается мне в лицо. И, господи боже мой, меня снова накрывает безумием. Из груди вырываются непрошеные чувства. Хочу его убить! И… мамочки, прикоснуться к проклятым чувственным губам своими. Они завораживают, подогревают воспоминания, заводят меня. Я знаю, что это грех. Грех — желать чужого мужчину. Но я не могу справиться с внутренним штормом. Азарта в крови становится намного больше. Я уже не просто горю, я вся пылаю.
Пылаю адским огнем, в мыслях целуя его…
«Нет! Боже мой, нет!» — встряхнув головой, прогоняю проклятое наваждение.
Он Дьявол! Он не человек."
"Не может быть у человека столько власти надо мной. Макс не может вопреки всему мне нравиться…
— А то что?! — выталкиваю, очнувшись от колдовского морока. — Ударишь меня? Ещё раз унизишь? Трахнешь? Что, Макс? Что ты мне сделаешь?
— Молчи, Ива… — шипит Пожарский, упрямо играя желваками. — Не провоцируй меня. Лучше заткнись…
Глаза бешеные.
Взглядом в переносице дырку сверлит. Вцепившись руками в подголовники сидений, сжимает их до онемения пальцев. Вены на предплечьях мигом вздуваются. Мне даже кажется, я слышу хруст белеющих костяшек. Нас обоих трясет. Воздух накаляется до максимального предела и ощутимо потрескивает. И пространство… оно как будто между нами сужается…
Боже, куда нас несёт?..
Почувствовав грудью жар его тела, отшатываюсь, как от огня и в одночасье выныриваю из безумного омута.
— Иди к черту! — рявкнув, пулей бросаюсь к двери.
— Стоять! — взрывается Максим, хватая меня сзади за шею. Надавив пальцами под затылком, ловко разворачивает к себе лицом.
Соскальзываю с кожаного сиденья и падаю разбитыми коленями на пол. Хватаюсь за его бедро руками. Глаза в глаза. Снова это сумасшедшее притяжение. Макс смотрит сверху вниз, как лев на овечку. Зрачки расширены, дико горят. Я инстинктивно сглатываю, когда он медленно склоняется надо мной. Губы пересыхают. Прохожусь по плоти влажным языком. Энергетическая связь между мной и мужчиной становится настолько мощной, что мы на секунду замираем, как одно целое.
Весь мир вокруг нас перестает существовать.
Наши лица слишком близко. Так близко, что я чувствую его горячее дыхание на своих губах, способна рассмотреть золотистую сеточку в радужках его глаз.
Боже мой, только бы снова не обжечься…
Только бы не сгореть…
***— Я тебя не отпускал, — объявляет Максим грудным голосом.
Я зябко дрожу, утопая во вселенной его омутов.
