А если Элоиза передумает и уже не захочет разговаривать через несколько дней?
— Да, — коротко, с трудом вытолкнул он из себя.
По его строгим чертам лица прокатилась волной дрожь, почти судорога. И я услышала, как он заскрипел стиснутыми зубами.
— Все будет хорошо, — я надавила ему на грудь. — Хочешь, я возьму с собой охранника?
— Это даже не обсуждается, тебя будет сопровождать мистер Смит, иначе ты и шагу из дома не ступишь, — сразу же буркнул он.
Теперь уже мое сердце, встрепенувшись, ускорило свой бег, и по груди разлилось сладкое тепло.
— И поверенный Блэк, разумеется, — прибавил Эдвард по-прежнему сварливо.
— И вся бравая жандармерия, — хихикнула я, и герцог строго на меня посмотрел, открыв глаза.
— Это не смешно, Тесса.
Но я ничего не могла с собой поделать и продолжила улыбаться. Я убрала ладони с его груди и погладили колючую щеку.
— Все будет хорошо, — повторила беззаботно. — Я вернусь и продолжу надоедать тебе со своими планами по реформированию твоих вокзалов и станций.
Эдвард заставил себя усмехнуться. Он стиснул меня в коротких, крепких объятиях и глубоко вдохнул аромат моих волос.
— Хорошо, — пробормотал глухо, зарывшись в них лицом. — Надоедай сколько пожелаешь.
Также резко он отпустил меня и покинул гостиную, и я ошарашенно посмотрела ему вслед, затем тряхнула прической и отправилась в спальню: переодеваться для неприятного визита. Когда я спустилась, внизу уже все было готово.
Мистер Смит проинструктирован насчет наших передвижений и взаимодействия с Элоизой, а поверенному Блэку отправлен посыльный с просьбой меня сопроводить.
— Мы не должны уведомить инспектора? — спросила я у Эдварда, когда тот показался в холле, чтобы попрощаться.
— Я думаю, он уже знает. Дом вашей мачехи под наблюдением, она бы не смогла передать просьбу о встречи без содействия жандармерии.
— Логично, — кивнула я и протянула мужу руку, которую он поцеловал.
— Будь осторожна, — выдавил, вновь переступив через себя.
— И я проинструктировал мистера Смита, что в случае опасности он имеет право не подчиняться твоим приказам, а действовать исходя из обстоятельств.
Глаза у меня закатились сами собой.
— За кого вы меня принимаете, Ваша светлость? — пожурила я его тихо. — Я вовсе не намерена впутываться в неприятности из-за Элоизы.
— Ты, может, и нет, — непримиримо возразил он и поджал губы, что означало обычно конец разговора.
