Через несколько минут владения профессора Тротта засияли щитами, способными задержать даже Марта, если тому взбредет в голову устроить другу ночную побудку – а природник лег в кровать и закрыл глаза. И дисциплинированно вырубился.
* * *Его дар-тени, слава богам, ни от кого не убегал и ни с кем не дрался. Лук и броня лежали неподалеку от небольшого скрытого костерка, почти уже прогоревшего и мерцавшего в ночной темени пепельно-красными угольками, а сам Охтор, полуголый, с расслабленно подрагивающими крыльями, мерно разделывал мелкого местного оленя.
Размером с собаку – теплокровная живность здесь, в мире Лортах вся была небольшая, резвая и очень мускулистая – иначе не спастись от инсектоидов, господствующих здесь. В папоротниковых лесах в изобилии водились и рептилии, похожие на небольших страусов, в большинстве своем травоядные – мясо и яйца употребляли в пищу, из толстой кожи делали ремни. Были здесь и птицы – Макс всегда удивлялся, насколько местные куры похожи на туринских и подозревал, что выводок несушек и петухов попал сюда через очередной провал.
Как, вероятнее всего, и люди – потому что физиологически они ничем не отличались от жителей Туры.
Объединяло животных и людей только одно – всем им приходилось очень быстро бегать. Или летать. Медлительные тут не выживали.
Макс задержал движение ножа, чтобы не порезаться – пока приходил в себя и переживал поток воспоминаний. Горячая туша под его пальцами ещё чуть сокращалась, а Тротт ошарашенно проморгался и, решив, что разбираться на голодный желудок не стоит, досвежевал зверя, закопав потроха – чтобы на кровь не пришли желающие поживы, – и швырнул мясо на угли запекаться.
И только потом сел у костра раскладывать по полочкам информацию и пытаться сориентироваться в датах.
На Туре с момента его последнего ухода в Нижний мир прошло чуть меньше двух месяцев. Здесь же, – Тротт опять раздраженно подумал о странном невычисляемом соотношении времени в двух мирах, – после посещения Далин к концу подходил только третий месяц. Только – потому что обычно разница во времени была куда больше.
Почти полтора месяца из них его дар-тени шел лесами в сторону столицы империи, Лакшии, опасаясь погони – за убитых воинов, псов-нейров. Таился, стараясь не приближаться к трактам и крупным городам и по широким дугам обходя твердыни, родовые владения местных военных баронов – тха-норов. Пусть высокородные норы частенько враждовали между собой, но за убийство низкородным пса любого из них устраивали настоящую травлю.
