Как он мог так измениться всего лишь за один день? И почему я совсем не хочу целовать его сейчас?
— Спасибо за вечер, — ставлю бокал на поднос и иду к двери.
Неужели он меня не остановит? Неужели вот так все и кончится?
— Почему ты уходишь, Вера?
Замираю у двери, уже коснувшись ладонью ручки.
— Разве это не то, чего ты добиваешься? — глухо спрашиваю, не оборачиваясь.
— Нет.
— Тогда зачем ты привел меня сюда?
Пересек комнату и коснулся моей руки.
— Не уходи, Вера.
— Ты изменился здесь. Почему?
— Ты здесь не причем.
— А кто причем?
Слышу, как Марк отвечает глухим надтреснутым голосом:
— Мое прошлое.
ГЛАВА 38
Марк
Я не был в этом отеле со дня собственной свадьбы. А сегодня сам добровольно пришел сюда. Еще и Веру зачем-то притащил с собой.
Как будто надеялся, что ее присутствие поможет стереть прошлое в порошок, превратит воспоминания в пыль и развеет их по ветру. Как будто рядом с ней, именно здесь, я снова могу верить. Во что верить? В то, что я потерял здесь. В этом самом номере для новобрачных.
Этот пятизвездочный отель на Кипре перешел в мою собственность сразу после свадьбы. С того дня я числился единственным владельцем этой недвижимости и жил на широкую ногу на доходы с этого места, но при этом всей душой его ненавидел.
Отель не был подарком на свадьбу. Он был наградой за мое молчание. Держи, Марк, дорогую игрушку, только никому не рассказывай о способностях твоей шлюхи-жены в технике глубокого минета.
Скандала не было. Я даже не вышвырнул того мудака с пятнадцатого этажа люкса, хотя хотел.
Меня остановила мама. Не знаю, правда, кого она жалела больше."
"Да, моя мать прибежала сразу после меня. Оказывается, она давно подозревала неладное. Почему не сказала раньше? Не представляю, как бы я поверил в ее рассказы, если бы не убедился в них собственными глазами.
Ради матери я и сбежал с пятнадцатого этажа, оставив ее саму разбираться с тем, что свежеиспеченная невестка только что отсосала у собственного свекра.
Да. Я знал, что у моего отца с моралью все плохо.
Не знал только, что настолько.
Как понимаете, для меня быть мерзавцем — легко и просто, у меня хороший пример перед глазами, а еще отменные гены, перешедшие мне в наследство. Все мое детство я видел, как вокруг отца вьются женщины, но в полной мере осознал правду только, когда оказался на пороге свадебного люкса. И со спущенными штанами перед моей женой стоял не я, а он.
Положение наших породнившихся семей в обществе обязывало молчать до последнего.
