Элеонора Бжезинская придирчиво осмотрела себя в зеркале. Высокий лоб без единой морщинки, подтянутые к вискам скулы, строгий и нежный абрис тонкой лепки лица… Нет, на старуху она не походила ни капельки.
А может быть, все дело в том, что она уже давно забыла, что значит жить без денег? Нет, конечно, голодная смерть ей не грозила, но свободных средств, о которых можно было не задумываться, потому что они были всегда и их хватало не только на все необходимое, но и на капризы с причудами, у нее теперь не было.
Все до копейки она вложила в строительство «Изумрудного города», поставила на кон в игре, которую вела не на жизнь, а на смерть и в которой уже проиграла и семью, и дружбу.
К примеру, она не могла себе позволить слетать на выходные в Париж, к дочери. Варя очень болезненно переносила как развод родителей, так и разлад между мамой и обожаемой крестной. Каждый вечер звонила по телефону, давилась слезами, умоляла разрешить ей приехать домой. Но Бжезинская была неумолима – учеба прежде всего.
Во-первых, в обучение Вари были вложены весьма солидные деньги. Во-вторых, ей хотелось удержать дочь как можно дальше от того напряжения, в котором теперь приходилось жить Элеоноре.
По-хорошему нужно было выбраться к девочке хотя бы на пару дней. Да и на самой Бжезинской парижский воздух всегда сказывался позитивно. Он действовал на нее каким-то мистическим, волшебным образом. Элеонора закрыла глаза и представила, как идет по парижским бульварам, усыпанным спелыми каштанами, которые жарят и продают на каждом углу, как подпевает в такт французским песенкам, лиричным и романтичным, как сама любовь, как вместе с горьковатым запахом каштанов и музыкой уносится в небесную синь тот самый груз ответственности, который она привыкла постоянно таскать с собой.
Только в Париже он становился чуть-чуть менее весомым, словно растворяясь в окружающем воздухе.
Нет, от груза сейчас никуда не деться. Бжезинская нахмурила брови, отгоняя праздные, лишние мысли о покое и безмятежности, которым все равно было не суждено сбыться.
Несколько дней, вернее вечеров, она штудировала рационализаторские предложения Степана Ушакова и должна была признать, что мальчик придумал, а главное, изложил все очень толково.
Проект нового микрорайона за счет цветового решения, несомненно, удорожался, но в масштабах всего строительства это были не такие уж и большие деньги. Маркетинговый же результат такого хода трудно было недооценить.
