– Мадемуазель Алабьева?
Мужчина был прилично одет, вид имел чрезвычайно строгий и официальный. Руки держал по швам, как пристало армейскому. Несмотря на простоту московских нравов, подходить к молодым барышням и здороваться подобным образом незнакомым мужчинам было нельзя.
– В чем дело? – спросила Валерия, не отводя глаз.
– Баронесса фон Шталь прислала меня к вашим услугам. – Он строго официально поклонился.
Это немного меняло дело. Но не слишком. Валерия не была расположена давать поблажку. Мужчинам она привыкла отдавать команды.
– Как мило. Какие услуги желаете оказать?
– Позволите присесть, Валерия Макаровна?
Ему указали кивком. Пушкин занял самый краешек стула.
– Баронесса отзывалась о вас в самых высоких степенях. Просила моей помощи.
– Чем же вы можете помочь, господин…
– Пушкин, Алексей Сергеевич…
– Приятно познакомиться…
– Баронесса рассказала о горе, постигшем вас прошлым летом.
Валерия внимательно изучала мужчину, сидящего перед ней. И не могла понять, кто он такой: военный или штатский.
– С этим ничего не поделать, – сказала она. – Почему фон Шталь доверила вам мою историю?
– Я чиновник сыскной полиции. Баронесса просила сделать все возможное для вас. Неофициально, разумеется…
– Благодарю за ваше усердие, – проговорила Валерия, немного помедлив. – Французская полиция свое дело сделала. Ваша помощь не требуется…
– Речь не о прошлом.
– Простите, не понимаю вас.
– Я считаю, что в смерти вашей матушки есть много темных пятен, как мне рассказала баронесса… – Пушкин жестом остановил возражения.
– Вы правы, я не смогу раскопать то, что случилось в Ницце. Меня беспокоит то, что может случиться с вами…"
"– Со мной? – Валерия выразила удивление. – Что со мной может случиться?
– Вам угрожает опасность. Я могу предотвратить ее… Если вы будете со мной откровенны.
Мадемуазель не настолько владела собой, чтобы скрыть, какие чувства разрывают ее. При этом Пушкин отметил, как идут ей туго затянутые волосы и глухое черное платье. Валерия была хороша, как блестящий нож с рукояткой черного дерева.
– Мне ничто не угрожает, – наконец ответила она. – Благодарю за старания.
– Это не предположения, а факты.
– Какие факты? Странно слышать, господин Пушкин…
Взмахом он отогнал официанта, который хотел принять у него заказ.
– Опасность может быть так близко, что не разглядеть.
– Вы ошибаетесь.
– Хорошо. Тогда, чтобы я ушел с чистой совестью, позвольте задать несколько вопросов.
После некоторого колебания Валерия согласилась.
