Когда стучала в дверь, сердце из груди переместилось куда-то в уши. А что, если дверь откроет сам Сергей? Что сказать?"
"Едва щёлкнула задвижка, Катя быстрым движением пригладила волосы и приготовила дежурную улыбку. Почему-то вдруг вспомнилась старая колокольня в обрамлении зелёной рощи и бескрайнее поле цветов, рассыпанных по пшенице. Словно взобравшись на колокольню, она перевела дух, но при первом взгляде на лицо Варвары Николаевны поняла, что летит вниз головой.
* * *Варвара Николаевна была аккуратно причёсана и тщательно одета в тёмно-синее платье с маленьким белым воротничком.
Глубокое горе выдавало только лицо с совершенно потухшими глазами и судорожно сжатые сухие белые губы.
— Вы ко мне? — Её голос звучал ровно и бесстрастно. — Я вас ждала. Принесли?
Катя удивилась:
— Что принесла?
— Рукопись для перепечатки. Меня вчера предупредили, что пришлют курьера.
Взгляд Варвары Николаевны пробежался по Катиным рукам в поисках папки с бумагой.
— Я не курьер, — сказала Катя, — я Катя.
Серёжина знакомая.
— Катя? — Брови Варвары Николаевны вздрогнули, словно она что-то припоминала. — Ты Катя! Серёжина девушка. Я ходила к тебе в казарму. Серёжа прислал письмо, просил навестить. Беспокоился. Мне сказали, что ты больна. Это было давно — в начале весны. Я к вам на службу ещё два раза заходила, но никого не заставала.
Катино сердце как будто перевернулось: он беспокоился. Прислал письмо…
Боясь услышать самое страшное, она быстро спросила хриплым шёпотом:
— Где сейчас Серёжа?
Вместо ответа Варвара Николаевна развернулась и пошла по коридору вглубь квартиры.
Она была в туфлях, и каблучки гулко цокали по щербатому паркету.
Катя догнала её и схватила за руку:
— Где Серёжа, Варвара Николаевна? Вы мне не ответили.
Получилось грубо, но Кате было всё равно.
Варвара Николаевна обернулась, досадливо моргнув:
— Разве я тебе не сказала? Месяц назад Серёжа пропал без вести.
Она пошла дальше по коридору. Катя сзади. Теперь она не могла уйти. Да и не хотела уходить, пока не узнает подробности.
Они вошли в небольшую комнату, которую Катя неясно запомнила при свете коптилки. Диван, покрытый холщёвым покрывалом, у окна буржуйка, два стула, большой комод без ящиков — сожгли, наверное, на тумбочке пишущая машинка с заправленным листом. Икона в углу. На оконном стекле Катя рассмотрела отпечатки ладоней. Было видно, что Варвара Николаевна долго стояла здесь, глядя во двор.
Катя боком подошла и тоже глянула сквозь стекло.
