— С половиной, — для пущей важности добавляю.
— Ногастая какая, — смеется Бойцов. — Но мелкая. Всё равно мелкая.
Шлепает меня.
Вообще ведет себя как-то по-другому. Будто маску скинул. Или это я её скинула своим признанием?..
— Бой-цов, — растягиваю губы в улыбке. — Какой ты наглый!..
Тимур упирается в матрас по обе стороны от моей головы, будто бы занимает стойку для отжиманий. Сгибая руки, приближается к губам и спрашивает шепотом:
— Больше не больно, Валерия?
— Нет… — мотаю головой.
Жадно слежу за тем, как он забирает воздух в легкие и выпускает его со звуком.
Что-то похожее на «пу-пу-пу». Как дядя Боря делает, когда пытается скважинный насос починить. Видимо, это что-то полицейское.
Или сугубо мужское. «Пупупукать».
— Больше не больно, — шепчу ещё раз. — Я всё поняла. Ты ничего не говорил, а я напридумывала себе всякого. Тебя обвиняла.
— Фенистилка, а баба бабой, — он высказывает свой вердикт, от которого я закатываю глаза.
Тимур прислоняется губами к моим губам и целует. А я на этот раз отдаюсь поцелую полностью, без остатка.
Прохожусь языком по контуру и проникаю внутрь, сплетаюсь языками и не забываю томно дышать.
— Лера, Лер, — вздыхает Тимур тяжело и оттормаживается. Нежно целует моё обескураженное лицо, шею. Везде, куда попадает. — У меня презервативов нет. Я… не планировал этого всего.
Обхватываю свой любимый колючий подбородок и заглядываю в темные гипнотизирующие глаза.
Не планировал. Он и вправду не собирался больше со мной спать. Оттрахал и забыл. А сегодня сам не выдержал.
Там в лесу.
— У меня есть… презервативы, — робко выговариваю.
Тимур нахмуривается и резко отстраняется.
— Откуда это интересно? — рычит, сильнее придавливая своим весом.
— Ай, — шиплю. — Ты тяжелый, как носорог. Слазь с меня.
Но всё бесполезно.
— Откуда у тебя презервативы, проклятая фенистилка?
— Ты будешь смеяться надо мной целую вечность, если я расскажу, — закатываю глаза.
Ладонь Бойцова проникает ко мне в трусы и прикладывается к мокрой промежности. Мастерски в трех соснах отыскивает клитор и потирает его, заставляя меня выгибаться.
— Говори, — мучает.
— Ой, да ладно… — решаюсь, накрывая его ладонь, чтобы остановился. — В общем, я перед отъездом, пока тебя на остановке ждала, вспомнила, что резинку для волос не взяла. А я без неё совсем не могу. Возвращаться домой было не вариант, а в киоске кроме презервативов подходящего ничего не оказалось, — скромно договариваю.
— То есть презервативы — подходящие? — кое-как сдерживает смех майор.
