Я — от своего лица, Лера — прячась за фотографиями подруги.
Возможно, Бойцова Валерия Агриппиновна когда-нибудь и станет неплохим опером, но факты, что Маргарита собственной персоной красуется в рамке на стене в прихожей у Агриппины, а я — очень наблюдательный, она пропустила.
Начиналось это все как шутка, думал, проучу девчонок, но со временем этот канал связи стал единственным. Иногда, чтобы узнать человека, необязательно видеть его глаза в глаза.
Расстояние действует вроде анестезии. Какими-то личными вещами делиться совершенно не больно.
Еще раз смотрю на округлые полушария, предвкушая, как хорошенько помассирую их перед сном. Секс пока противопоказан, но трогать-то не запрещено?
— Ты в курсе, что такое «лактация», Бойцов? — с вызовом задает вопрос жена, забирая у меня Ваню и расстегивая пуговку на кофточке.
Сглатываю слюну и с жадностью впитываю в себя картину, как мой сын, причмокивая, приступает к еде.
— Звучит не очень аппетитно, а выглядит оху… — натыкаюсь на строгий взгляд. — Выше всяких похвал, — заканчиваю.
Лера удовлетворенно кивает.
— Когда ты меня полюбил? — ночью спрашивает сонно. Ваня уснул в кроватке, а я наконец-то удовлетворил все свои низменные потребности.
— Хм…
— Только не ври, блин, Тимур, — смеется легко. — Я знаю, что это не была любовь с первого взгляда.
Сглаживаю неловкость горячим поцелуем. Уже забыл, какие вкусные и мягкие у неё губы. Один раз попробовал — и хочется снова.
— А вот увидел красные колготки твои — и сразу влюбился, — вспоминаю.
— Эх, а я еще брать не хотела. Такую рыбу поймала на них. Надо Ритке передарить.
Пялюсь в потолок, прислушиваясь к звукам собственного дома. Лера, кажется, уже засыпает, но потом снова дергается и приподнимает голову.
— Удивительно, но, когда ты был там… я совсем не чувствовала себя одинокой.
— Ничего удивительного, Лер, — отвечаю с закрытыми глазами, поглаживая её руку на своей груди. — Я тоже. С тех пор как встретил тебя...
Конец"
