Тимофей поднял голову и огляделся: он понял, что людям в толпе стало стыдно. Отводя глаза, они медленно попятились, разомкнули круг и выстроились в очередь, зорко охраняя свои места.
– Ты, того, барин, пойми.… Народ с голодухи озверел, – смущённо сказала в спину Тимофею дородная тётка в плюшевом жакете.
– Эх вы, – махнул он рукой в ответ и быстро, пока в толпе снова не вспыхнула искра ненависти, отвёл в сторону избитую бабу: – Идти можешь?"
"– Чего ж, могу, – она утёрла лицо рукавом и переступила слоновьими ступнями с ноги на ногу.
– Меня только по морде били, кости все целы, – женщина всхлипнула, – сказали, что я деньги уворовала. А я не брала их, не брала. Вон, и Лизку мою до смерти напугали. – Она ткнула пальцем в стоявшую чуть поодаль высокую костлявую девчонку лет двенадцати, глядевшую на мать расширенными от ужаса глазами. – Ты иди, барин, иди. А я с Лизкой домой подамся. Видать, сегодня без хлебушка перебьёмся…
…В темноте мастерской было слышно, как на лавке шевельнулся Аполлон Сидорович, пробормотав что-то неразборчивое.
Тимофей напряг зрение, чтоб рассмотреть лицо сидящего напротив ребёнка, но увидел лишь белеющий нежной кожей тонкий овал.
– Послушай, но тогда, возле булочной, у той полной женщины была дочка, Лиза. Девочка, а не мальчик.
– А я и есть девочка. – Она чуть придвинулась к узкому грязному окну, завешенному газетой, и сразу стали видны ясные глаза и точёный девичий подбородок.
– Какая ты красивая, – сказала Зина, – тебе очень пойдёт пышное платье с оборкой. Ты не думай, – торопливо добавила она, заметив, как Лиза недоверчиво дёрнула плечом, – тяжёлое время пройдёт.
И у тебя обязательно будут нарядные платья.
– Кажись, мальцы пришли, – прислушалась Лиза, одним шагом оказалась у двери и припала ухом к холодным доскам. Раздалось три равномерных стука, и девочка удовлетворённо откинула щеколду.
– Ушли патрули, – срываясь на фальцет, наперебой зашептали Ванька с Силой. – Они встретили матросов из Реввоенсовета и побежали кого-то искать. К Николаевскому мосту рванули.
Далече отсюда.
Беглецы понимающе переглянулись.
– Спички есть? – требовательно спросила Лиза.
– Есть.
Худенький остроносый мальчик, пошарив в карманах, протянул подруге измятый коробок шведских спичек, в котором сиротливо лежала одна спичинка.
– Спасибо, Сила. Сейчас затопим.
Девчонка сноровисто собрала с полу бумагу, пошевелила дрова в набитой загодя топке и, затаив дыхание, чтоб не испортить единственную спичку, затеплила огонёк в печурке.
