– Я только хотел показать Клодии, что это можно сделать. И мы сделали это!
Дверь открылась, женщины быстро вышли – стайкой, с Клодием в середине.
И вовремя. Вскоре появилась Аврелия. Она удивилась:
– Кто это был? Почему они так поспешно ушли?
– Клодия с Клодиллой и еще несколько женщин, – уклончиво ответила Помпея.
– Тебе надо решить, какое молоко мы будем подавать.
– Молоко? – удивилась Помпея.
– О Помпея, честное слово! – Аврелия поглядела на невестку. – Неужели в твоей голове нет ничего, кроме побрякушек и тряпок?
Помпея расплакалась.
Аврелия, что случалось с ней редко, выругалась (правда, не грубо и понизив голос) и быстро удалилась.
А пять женщин и Клодий спешили по Священной дороге в сторону, противоположную Нижнему форуму: там безопаснее и меньше риск встретить знакомых. Клодий был очень доволен собой. Он вышагивал с важным видом, привлекая внимание богатых покупательниц, которые часто посещают портик Маргаритария и Верхний форум. Женщины облегченно вздохнули, когда им удалось доставить Клодия домой неузнанным.
– Теперь несколько дней меня будут спрашивать, кем было то странное существо, что прогуливалось со мной этим утром! – добродушно проворчала Клодия, когда опасность миновала и вымытый, респектабельный Публий Клодий вальяжно разлегся на ложе.
– Это была твоя идея! – возразил он.
– Да, но тебя никто не просил устраивать публичный спектакль! Мы же договорились, что ты переоденешься, войдешь туда, а после мы быстро уйдем. Никто не ожидал, что ты начнешь жеманно улыбаться и вихлять задом всем на удивление!
– Заткнись, Клодия! Я думаю!
– О чем?
– О небольшой мести!
Фульвия прижалась к нему, чувствуя в нем перемену.
Никто лучше, чем его жена, не знал, что Клодий держит в голове список грядущих жертв. И не было у него помощника лучше жены. В последнее время список сократился. Катилины больше не было. Вероятно, и арабы уже вычеркнуты. Так кто же на очереди?
– Кто? – спросила она, беря в рот мочку его уха.
– Аврелия, – процедил он сквозь зубы. – Пора кому-нибудь щелкнуть ее по носу.
– И как же ты это сделаешь? – спросила Палла.
– Фабии это придется не по вкусу, – задумчиво проговорил он, – но ей тоже стоило бы преподать урок.
– Что ты замыслил, Клодий? – устало спросила Клодилла.
– Одну шалость! – пропел он, потянулся к Фульвии и стал немилосердно ее щекотать.
Bona Dea – Благая Богиня, древняя, как сам Рим. У нее нет ни лица, ни формы. Она – numen. У нее есть имя, но его никогда не произносят, так свято оно.
