Хоть сейчас накрывай на стол. Среди предметов было много тех, которыми никогда не пользовались. Позолота внутри чашек сверкала ровным зеркалом.
Горелов вытащил еще одну братину. Монументальную, серебряную.
– Это для чего? – спросил он."
"– Традиционный славянский сосуд для подачи алкогольных напитков, – пояснила Лена. – Видишь, специальная резная перекладина? На нее ставили чарки.
– Боже мой, какая прелесть! – Татьяна достала из очередного ящика стеклянную пудреницу с серебряной крышкой и хранящейся внутри легкой и пушистой пуховкой.
Через стекло на ней виднелись даже остатки пудры, видимо, принадлежащей Варваре Павловне Токменевой, рано скончавшейся от тоски по мужу матери Елизаветы Никаноровой. – А вот еще, смотрите, щетки для одежды. Все с серебряными ручками.
Все собравшиеся в комнате прекрасно понимали, что любой из найденных предметов был уникален, но вместе они представляли собой фактически исторический срез конца Российской империи.
Гавриил Леонтьев, понимая, к чему идет история, спрятал фамильное серебро в надежде пережить смутные времена и думая, что привычная жизнь вернется на круги своя. Кончится революционная кутерьма – он достанет серебро, протрет его мягкой тряпочкой и сможет пользоваться. Или продать.
Основная часть предметов была изготовлена из старинного серебра восемьдесят четвертой пробы, которую еще называли царской. Сегодня изделия с такой пробой можно встретить только у антикваров.
К концу пятого часа разбора ящиков, который продолжался, несмотря на то что на дворе уже стояла глубокая ночь, сыщики обнаружили и золото, и даже платину. Из нее были изготовлены две заколки для волос.
– Господи, страшно представить, сколько это стоит… – вздохнула Татьяна.
– Сколько бы ни стоило, но все это Никиты, – упрямо сказал Горелов. – Ну, и других его родственников по отцу. Никто из нас не может на это претендовать, потому что это не клад.
Как мы уже установили.
– Да не собираюсь я ни на что претендовать, – успокоила его Татьяна.
– Государство явно соберется, – мрачно бросила Лена. – Несомненно, что все это – объекты культурного наследия, и на то, чтобы выкупить все это добро у законных собственников, никаких денег у государства не хватит. Проще будет доказать, что им ничего не положено.
– Кстати, возможно, это даже выгодно, – медленно проговорил Горелов.
