С этого времени на клейма и добавили изображение двуглавого орла.
– Интересно, – признала Татьяна, с трепетом взяв в руки серебряную братину. – Получается, они в Москве работали. Тогда почему ты говоришь, что эти клейма только для Санкт-Петербурга?"
"– Потому что в 1845 году спрос на посуду от Сазиковых был столь велик, что фирма открыла в Санкт-Петербурге свою вторую фабрику и два магазина на Невском проспекте. Там продавались предметы для людей с разным достатком. Но встречались и изделия высочайшего художественного уровня, к которым, к слову, совершенно точно относится этот сервиз.
Он явно выполнен для императорского или великокняжеского дворца, не меньше.
– И как он оказался у Токменевых?
– Купили, наверное. Для коллекции, – внес свою лепту в разговор Горелов.
– Да, многие предметы изготавливались для показа на всероссийских и международных выставках и потом уходили в частные коллекции, – согласилась Лена. – Кстати, мировое признание к фирме пришло на всемирной «Великой выставке промышленных работ всех народов», которая работала в Лондоне.
На ней фирма «Сазиков» сумела показать богатство и многообразие языка «русского стиля», одним из основоположников которого являлась. Но этот набор, судя по клейму, все-таки сделан позже.
– И сколько он может стоить? – поинтересовался Горелов.
В первую очередь он был бизнесменом и уже только во вторую – почитателем прекрасного.
– Не знаю, – призналась Лена. – Я же говорю, что не являюсь экспертом по столовому серебру. Эдик помог бы нам больше.
– Эдик тоже не работал с посудой. – Вспомнив о муже, Татьяна грустно улыбнулась.
Лена снова ощутила какой-то непонятный холодок в районе позвоночника, который всегда был у нее предвестником какого-то откровения. Но и в этот раз оно ушло, спугнутое деятельным Дорошиным.
Муж залез в телефон и затыкал пальцами в экран.
– Вот, – сказал он с удовлетворением. – Ложка столовая, фирмы «Сазиков», 1865 год, продается на одном из антикварных интернет-аукционов. Начальная стоимость 10 тысяч рублей.
И там же половник, серебро восемьдесят четвертой пробы, 1833 год. Начальная цена лота шестьдесят тысяч рублей. Считайте сами.
Следователь Бекетов с некоторым ужасом оглядел расставленное у его ног сокровище.
– А в остальных ящиках что?
– Давайте посмотрим.
Дорошин достал из горы инструментов гвоздодер и стащил с полки один из заколоченных ящиков. Мгновение – и глазам собравшихся открылось его содержимое, каждый предмет которого был аккуратно завернут в газету.
