Брен обнял мое лицо ладонями, вздохнул и нахмурился. Сейчас он выглядел намного старше своих восемнадцати лет, словно все произошедшее с ним заставило его резко повзрослеть.
— Келлия, меня гложет, что пока я не вспомнил тебя, но я уверен, что рано или поздно это произойдет.
— У нас вся жизнь впереди, — я постаралась улыбнуться. — Я буду ждать.
Брен отстранился, кивнул, соглашаясь, и предложил локоть, за который я тут же уцепилась, — стоять или идти без его поддержки сил не было.
Мы пошли медленно, в качестве ориентира нам служил гул голосов, который раздавался где-то вдалеке.
"
"Мы слышали и ощущали взволнованное сердцебиение друг друга, чувствовали смешанные похожие эмоции и понимали, что просто нам не будет, несмотря на то, что мы обыграли серьезного врага. Вместе.
«Земляника, я подвел», — вдруг буркнул Гнев тоскливо и с раскаянием.
«Подвел. Вел себя как несмышленный мальчишка. Пора взрослеть и учиться сдерживать гнев».
«Поддерживаю, — усмехнулся Брен. — Хорошо, что все удачно завершилось.
Могло все выйти иначе».
«Он украл. Три года. Нашего. Счастья», — проворчал Гнев.
«Вот именно. Нашего. И мы совместно решили, что оборот не нужен. Но ты действовал по-своему», — сухо прокомментировал Брен.
Гнев что-то проворчал. Очень тихо, недовольно и неразборчиво.
«Не ругайся», — усмехнулся Брен и покачал головой, а я ничего не поняла. Через минуту мы уже вошли в холл замка, где собрались все черные драконы и мои родные.
Гомон и споры затихли. Нас окутала удивленная тишина, множество глаз, наполненных недоверием, впились в наши замершие в проходе фигуры.
Я окинула всех взглядом. Киан и мама стояли в стороне. С радостью и облегчением увидела, что мама держит на руках спящего Малыша, ведь из-за стремительно развивающихся событий в Акерсе я совершенно забыла о нем. Отец выглядел холодным и отстраненным. Алфи — растерянным.
— Слава Пресветлой! Живы! — прошептала леди Илис, всплеснула руками и бросилась к нам. Удивительно, что в звенящей тишине холла её тихий взволнованный голос прозвучал слишком громко.
После восклицания леди Илис все ожили, окружили нас. Я оказалась в крепких объятиях отца.
— Безрассудная девчонка, —пробормотал он в мою макушку с еле сдерживаемым волнением. — Все же нашла способ попасть в Астанию. Придется и мне вступить в оппозицию правящей династии.
— В оппозицию? — с недоумением переспросила, поднимая на отца растерянные глаза.
Его лицо стало строгим.
