Лизе в этот раз и в голову не пришло спорить. Она уж хотела пригласить Алекса в дом, но Виктор сам ретировался, коротко распрощавшись. Так легко бросил ее одну – на растерзание, что какие-либо слова здесь излишни…
В горле стоял ком из слез и жалости к самой себе, пока она смотрела на его удаляющуюся спину. И нутром чувствовала, как Алекс глядит на нее с неутихающим негодованием.
– Так вот какой женой вы намереваетесь быть?! – наконец, взорвался он. – Сегодня обручиться – а завтра вытворять бог знает что бог знает с кем?! Благодарю покорно, что я узнал о вас все заранее!
Последнего Лиза не стерпела, вспыхнула, как спичка:
– Позвольте, мы не обручены, так что сбавьте ваш пыл! Вчера я открыла вам душу! Выложила все как есть – и что вы мне на это ответили? Отчитали как гимназистку и посоветовали надеяться на милость батюшки!
– И вы, не теряя времени, решили попытать счастья с Алифановым!.
. – саркастично заметил Алекс. И продолжил отповедь: – Виктор молод, у него ветер в голове, и нет ни гроша за душой.
Он будет вам отвратительным мужем!
– Это я знаю и без вас! Не беспокойтесь за вашего Виктора: я не собираюсь за него замуж, и в мыслях не было…
Даже если и было, – закончила она про себя, – Виктора она не интересует. В качестве супруги, по крайней мере – нынче он прекрасно это доказал…
И от этих мыслей Лизе вдруг стало так жаль себя, так стыдно за устроенный непонятно к чему спектакль… что она почувствовала, как ком из слез и жалости вот-вот вырвется наружу.
Господи, лишь бы не разрыдаться, – твердила она сама себе, и, будто специально, Алекс тотчас заметил ее увлажнившиеся глаза:
– Вы что – плачете?.. – то ли растерялся, то ли разозлился он. – Боже мой, немедленно прекратите, Лиза! Может, я и был груб с вами – простите, ежели обидел… Я лишь хотел сказать, что думал обо всем, что вы мне сказали – и вчера, и сегодня думал. Вы были искренны, и теперь уж, хочу или нет, я чувствую за вас ответственность. Не могу допустить, чтобы вы натворили глупостей!
– А я и не просила вас ничего такого чувствовать! – вспыхнула, было, Лиза – но Алекс грубо ее оборвал:
– Помолчите, ради бога, хоть минуту! Словом, я думаю, что у нас и правда нет иного выхода, кроме как пожениться.
Однако вы должны пообещать: никаких выходок отныне, никакого вранья отцу и, главное, вы более и смотреть не должны в сторону Алифанова. Не щадите вашу репутацию, так пощадите мою!
И замолчал, видимо, чтобы перевести дыхание.
