Лишь только добираюсь до номера, мигом включаю телевизор, параллельно проглядываю обновления на медиа ресурсах, изучаю форумы.
Тишина. Ноль данных. Полный штиль. Вакуум. Расследование продвигается, однако никто не станет публиковать важные факты в открытом доступе.
Где Рустам? Что с ним?
Я отключаюсь на час или на два. Забываюсь тревожным сном. Вскакиваю от звона будильника, начинаю собираться на автомате.
Проклятье. Кажется, у меня и правда удачная внешность. Глядя в зеркало, не замечаю ни на намека на синяки под глазами.
Возможно, потом усталость даст о себе знать. Но пока нельзя сказать, что я практически неделю бодрствую.
Жутко хочется есть. Ни в чем себе не отказываю. Открываю свежую упаковку сладостей, поглощаю и сама не замечаю как.
Любопытно, выгонит ли меня Моро, если растолстею? Заставит выплатить штраф? В нашем контракте ничего о таком повороте не сказано.
Я уже полностью собрана, беру пульт, чтобы выключить телевизор, поскольку такси ожидает внизу, нужно поспешить. Но на экране вспыхивает заставка срочного выпуска новостей.
Дьявол.
Фотография Рустама возникает перед глазами. Сердце пропускает удар. Стискиваю пульт так сильно, что пластик начинает скорбно трещать.
Голос диктора проходится по телу остро заточенными лезвиями.
— Рустам Ахметов найден мертвым вчера вечером.
Пошатываюсь, отступаю назад и судорожно вжимаюсь в стену. Открываю рот, рвано хватаю воздух. Кислород кажется раскаленным.
Глохну. Фразы доносятся сквозь оглушительный гул в ушах. Виски разрывает от жгучей боли.
— …тело выбросило на берег реки… обезображено… по оценке экспертов пробыл в воде трое суток… личность подтверждена… опасный преступник больше никому не причинит вреда…
Нет.
Нет, нет, нет.
Я не верю.
Стекаю вниз. Прямо на пол. Поджимаю колени к груди. Меня трясет точно в тропической лихорадке. Жуткое чувство, отвратительное.
Рустам не мог умереть. Не мог! Это не он. Точно не он. Иначе бы я тоже была мертва, трое суток назад или сколько там они сказали.
— Сильнее смерти, — шепчу я, повторяю, будто молитву.
— Сильнее смерти.
Глава 38
Звонок телефона заставляет меня подскочить на ноги, броситься за сумкой в считанные мгновения. Дрожащими пальцами принимаю вызов, боюсь дышать и чуть не взвываю от жесточайшего отчаяния, услышав голос брата.
Хотя чего я ожидала? Звонка от Рустама? Признания в том, что он инсценировал смерть, уходя от погони? Мой номер точно прослушивают. Каждый вызов легко отследить.
Муж — мастер мистификаций.
