Олли медленно улыбнулся, его ладонь так же неторопливо поднялась вверх по ноге, сдвинув подол платья. Темный повернул голову и хитро посмотрел на меня.
– Стесняешься? Что-то утром я не заметил в тебе особой стеснительности, – обронил он.
– А что было утром, мм? – тут же поинтересовался Йен низким чувственным голосом, и я сразу осознала, что моему спокойствию этим вечером пришел конец.
Потому что между нами в воздухе незримо носились воспоминания вчерашнего вечера, на этом же диване, потому что мы все трое прекрасно знали, чего хотим, и… и мой страх и застенчивость дружно решили, что я больше не нуждаюсь в их услугах, и по-тихому свалили.
Их место заняли легкое нетерпение, от которого по телу волнами гуляла жаркая дрожь, и чуть-чуть волнения, вносившего пряную нотку в сладостное ожидание.
– Я лучше покажу, – шепнула, моя рука скользнула назад, нащупала шею Йена и притянула его к себе."
"Нашла губы, отбросив все сомнения, и поцеловала. Мм, горячо и вместе с тем томительно нежно, ладонь Светлого медленно скользнула уже вдоль моей шеи и ниже, на грудь.
Словно спустили невидимый крючок, эмоции взорвались фейерверком: я жадно утоляла жажду, безумную жажду по его поцелуям, страстным, чувственным, сносящим башню напрочь… По-моему, Йен принялся за пуговички, да ну и на здоровье. Тем более что пальцы Оллера начали восхитительное, неторопливое путешествие по моим ногам, разрисовывая кожу невидимыми узорами, и я совершенно не возражала против его действий. Сегодня хочу пойти до конца, не ограничиваться тем, что было вчера.
Хочу, чтобы всем было хорошо, а в том, что так и будет – не сомневалась. Потому что торопиться некуда, и я знаю, что такое наслаждение, а братья знают, как его дарить. И я больше не боюсь и не стесняюсь.
Глава 19
Эрианор
– Эрин… – Тихий голос Темного заставил несильно вздрогнуть и ненадолго оторваться от настойчивых губ Йена, и я посмотрела на Олли слегка затуманенным взглядом.
Его руки продолжали скользить по ногам, неумолимо поднимая край юбки и подбираясь к коленям, а глаза не отрывались от моих.
Я поймала в них отблеск неуверенности, хотя гораздо ярче там светилось неприкрытое желание. А вот не буду ничего говорить, пусть учится чувствовать, чего я хочу. И разве непонятно, что не остановлю никого из них? Медленно улыбнулась и выдохнула, не сводя с Олли взгляда:
– Что?..
Пальцы Йена наконец справились с пуговичками и проникли под тонкий муслин домашнего платья, горячие, ласковые.
