– Подробности вряд ли тебя заинтересуют, маленькая, – он усмехнулся и бросил на меня косой взгляд, – но больше Ниалона никого не побеспокоит и козни строить перестанет. Мы вышлем ее через несколько дней из Мирано, она больше не вернется сюда никогда. Ты, кстати, ужинала? – заботливо спросил Темный, резко став серьезным. – Будешь с нами?
– Буду. – Я улыбнулась в ответ, неподдельная забота в его голосе прозвучала для меня музыкой.
Потом был неторопливый ужин, и хотя меня опять пытались кормить, причем уже в четыре руки, я категорически воспротивилась и отвоевала право есть самостоятельно.
Натырила с тарелок братьев – они, увидев, что меня нет в спальне, распорядились об ужине на двоих, решив, что лучше потом отдельно еще одну порцию принести, чем чтобы все остыло, – и с удовольствием слопала. После, отставив пустую тарелку и сыто икнув, набралась смелости и поинтересовалась нашими планами на завтра. Нашими. Ох… Посмаковала это слово, прочувствовала его сладость и поняла, что мне нравится, как звучит.
Подумать только, теперь у нас есть
нашипланы, удивительно!
– Проснемся, позавтракаем, да поедем в Лес Одмари, – спокойно ответил Оллер, сделав глоток вина. – Ты же не передумала, Эрин? – И взгляд, испытующий, с капелькой тревоги на дне.
Я? Передумала? Я похожа на дурочку?
– Нет, – спокойно ответила, покачав головой. – Не передумала. А что, можно вот так явиться к Лесным, и… и они проведут обряд? – удивилась простоте.
Йен тихонько водил носом по моим волосам, я слышала его ровное дыхание, спиной ощущала, как бьется сердце, и чувствовала всепоглощающее умиротворение.
Так и тянуло все время улыбаться и на нежности напрашиваться, как кошке.
– Большинство людей так и поступают на самом деле, потому что сам обряд не занимает много времени, – произнес Светлый. – Знатные семьи, которым хочется торжественного события, да, приезжают и оставляют просьбу к Лесным и день, когда хотели бы видеть их в гостях со всем необходимым для обряда. Но я лично пышности не хочу.
– Губы Йена скользнули по моей шее, чуть не заставив натурально замурлыкать от удовольствия. – А ты…
– Не хочу, – быстро ответила, чуть повернув голову и подставив под ласковые прикосновения щеку. – Я вообще стесняюсь толпы незнакомых людей, которые будут глазеть на меня с нездоровым интересом… – Под конец фразы мой голос упал до шепота, я прикрыла глаза: от невесомых поцелуев Йена я таяла, мысли путались, и обсуждать дальше что-либо резко расхотелось.
