— В который раз жалею, что мы пошли на контакт с этим экспертом, — признался генерал, — куда спокойнее было бы просто его проигнорировать.
— Наш аналитический отдел считал это неправильным, — напомнил Савченко, — нельзя было оставлять его без плотного наблюдения.
— Я помню, помню, — кивнул Богдановский и поинтересовался: — Где они сейчас?
— Остановились в читинском отеле «Монблан». Завтра утром вылетают обратно.
— Что с остальными?
— Вейдеманис был дома, два раза выходил — один раз за хлебом, во второй раз пошел в кино.
— Куда пошел?!"
"— В кинотеатр. Там он ни с кем не встречался. Посмотрел фильм и вернулся домой.
— Он что, ребенок? Ему нечего делать? Зачем он пошел в кино?
— За ним следил наш сотрудник. Вейдеманис ни с кем не встречался и ни с кем не разговаривал.
— Вейдеманис — бывший полковник Первого главного управления, — напомнил Богдановский. — Он прекрасно умеет работать при плотном наблюдении. А один сотрудник мог и не справиться. Хотя сейчас наш главный объект — это Дронго.
Давайте дальше.
— Гилад Штаркман сегодня утром поехал в израильское посольство, где пробыл около трех часов. Вернулся в отель и заказал себе обед в номер. Больше никуда не выходил.
— Денисовой не звонил?
— Нет, не звонил. Мы ее отпустили. Она ничего не знает. Наши специалисты в этом уверены.
— В общем, все хорошо, а на поверку выходит, что все очень плохо. Вейдеманис пошел в кино и непонятно с кем встречался. Штаркман поехал в посольство и тоже непонятно чем занимался там так долго. Дронго мы разрешили посетить абсолютно закрытую колонию, увидеться с осужденным.
Он провел беседу в присутствии двух офицеров, которые ни черта не поняли. И теперь они возвращаются домой. В общем, все не слава богу! Что теперь будем делать?
— Я думаю, что мы должны переговорить с Дронго. Пусть объяснит свое поведение в колонии, — предложил Савченко.
— Он может нам наплести все, что угодно, — сказал Богдановский, — и потом захочет встречи с еще одним осужденным. А вы знаете, чем все это закончится.
— Там в колонии ввели карантин, — пояснил полковник, — нашли какую-то инфекцию, даже есть несколько заболевших, которых отправили в лазарет. Туда его не пустят.
— Это еще хуже. Сразу вызовет подозрение. Заменить Захохова нельзя, Дронго расколет любого, кто окажется на его месте.
— Но там действительно карантин. Он может продлиться месяц или еще больше, — многозначительно произнес Савченко. — А во время карантина несколько осужденных могут даже умереть.
