"Чингиз Абдуллаев
Власть маски
«И вдруг ее лицо становится великолепным лицом Медузы, которое я когда-то так любил: исполненное ненависти, перекошенное, ядовитое. Анни меняет не выражение, она меняет лицо, как античные актеры меняли маски — в мгновение ока. И каждая из этих масок призвана творить определенную атмосферу, задавать тон тому, что последует. Маска появляется и остается неизменной, покуда Анни говорит. Потом маска спадает, отделяется от Анни».
«Тошнота». Жан Поль СартрЕсли вы стелете постель, то обязательно должны в нее лечь.
Английская поговоркаГлава 1
Когда пройдет несколько лет, он будет часто вспоминать именно это дело. Возможно, оно было по-своему уникальным, единственным в своем роде. Возможно, ему никогда не приходилось сталкиваться с таким изощренным преступлением. А может, он просто не хотел признаваться самому себе, что впервые потерпел поражение в деле, в котором, как он считал, разбирался лучше всех остальных. Или его поражение было запланировано, так как он отчасти предопределил развитие ситуации, в которой оказался в результате расследования этого дела.
В этот осенний день Дронго читал новую биографию Черчилля, изданную в Лондоне. Он недавно заказал себе эту книгу и теперь с интересом узнавал массу прежде неизвестных ему подробностей о жизни выдающегося английского политика. Было около семи часов вечера, когда ему позвонил Эдгар Вейдеманис, его напарник и друг, который помогал ему все последние годы.
— Тебя ищет один очень известный человек, — сообщил Эдгар со своим неистребимым латышским акцентом.
— Надеюсь, что не президент России, — пошутил Дронго, — мне было бы трудно ему отказать.
— Почти такой же известный, — в тон ему ответил Вейдеманис. — Это руководитель российских кинематографистов. Никита Симаков. Самый известный российский режиссер в мире.
— Я хорошо знаю его отца, — ответил Дронго, — и даже старшего брата. Мы несколько раз встречались. Но с Никитой Симаковым не знаком. Хотя все его фильмы, конечно, видел.
— Он хочет тебя увидеть, — сообщил Эдгар.
— Уже два раза звонил его помощник. Просят дать твой прямой номер. Либо мобильный, либо городской.
— Если просят, нужно дать. А какое дело у них может быть ко мне? Я не совсем понимаю…
— Я тоже не понимаю. Но если ты разрешишь, они сейчас перезвонят тебе.
— Валяй, — согласился Дронго. Он убрал книгу и положил трубку, ожидая звонка.
Через минуту действительно раздался звонок. Он снял трубку и услышал характерный знакомый голос известного режиссера.
