— Мне очень интересно послушать оправдания матери на этот счет.
— Егор, успокойся! Ты сейчас можешь сотворить какую-нибудь дичь и пожалеть потом об этом. Зачем тебе это надо?
— Да за тем! Она раздражает меня! — Голос Егора сорвался до крика, а глаза полыхнули таким зверским взглядом, что я неосознанно отпрянула от него.
В машине повисла идеальная тишина. Было слышно, как он нервно вдыхает и выдыхает воздух. На несколько секунд мы молча сцепились взглядами.
— Раздражает кто? Дашка? — тихо переспросила я.
— Нет, Кир, — он замотал головой, отодвигаясь от меня на свое сидение. — Моя мать.
По его растерянному виду можно было понять — Егор сам не ожидал, что скажет подобное. Он грубо потер свое лицо ладонями, потянулся опять к сигаретам, пока я ошарашено хлопала глазами.
— А из-за чего? Что произошло между вами?
— Ничего, — хмыкнул он. — В прямом смысле этого слова. Между нами никогда и ни-че-го не происходило.
Заметив на моем лице все то же недопонимание, Егор сделал длинную затяжку и заговорил:
— Матери никогда особо не нужны были ни я, ни моя сестра.
Она просто удачно женила на себе моего отца, забеременев мной. Это в бизнесе он жесток и непоколебим, но за пределами всего этого… — на его лице промелькнула тень разочарования. — Он настолько слеп в своей любви, что мне даже жаль его. А этот документ быстро откроет ему глаза."
"— Ты хочешь устроить грандиозный скандал? — я в недоумении нахмурила лоб.
— А почему бы и нет, — холодно произнес Егор.
Я буквально опешила от его слов.
У меня давно проскакивали мысли, что его отношения с матерью, мягко говоря, лишены тепла и заботы, но даже предположить не могла, что настолько.
— Егор, но она же твоя мать, как ни крути.
— Боже, Кира, — он нетерпеливо закатил глаза, а сигаретный дым клубом вырвался из его лёгких, — не всем быть такими святыми, как ты и прощать направо и налево. Моей маме не плевать только на кредитные карточки и дорогие отели, в которых она, как выяснилось, трахается за спиной моего отца.
Эта женщина жила всегда только для себя. Она лишь при отце мило сюсюкала с нами а стоило ему уехать, то все, что мы получали с сестрой — это сухой поцелуй в лобик. Она за все годы моей спортивной карьеры ни разу даже не была на соревнованиях. Я, конечно, и отца мало видел дома, но любую свободную минуту он всегда проводил со мной и Дашей.
Он сделал последнюю глубокую затяжку, что сигарета дотлела практически до его пальцев, и выкинул окурок в окно.
