Не курю, тебе показалось…
Гера хохотнул и подмигнул другу, почти беззвучно протянув губами:
— Каблу-у-у-к…
Блондин с каменным выражением лица выставил вперёд средний палец. Машка цокнув, закатила глаза и затолкала своего новоиспеченного мужа к ресторану:
— Ничего не меняется. Как дети малые! Пошли уже…
Оставшись в беседке без компании, Егор снова прильнул спиной к колонне, отвечая на тысячу и один вопрос про свадьбу общих друзей.
Но на какое-то мгновение Кира замолчала сама.
— Кир, ты здесь?
— Это море шумит?
— Да…
— Я скучаю по нему…
— И я… — честно признался Егор, не сводя взгляда с плавного танца волн.
Они не приезжали сюда вместе с тех пор, как уехали в Питер. — Может, мы когда-нибудь и вернемся…
— Очень на это надеюсь, — почти шепотом ответила Кира.
Ещё какое-то время он провел в разговоре об обратном рейсе домой и Нике. Закончив звонок, Королёв не успел выйти из беседки, как телефон опять пикнул в его широких горячих ладонях, оповещая о новом сообщении.
Открыв его, разноцветные глаза Егора заискрились светом. На фотографии Кира, золотисто-сливочные локоны которой были собраны в высокий пучок, а открытый взгляд серых глаз по-прежнему оставался родным и любимым, прижимала к себе светловолосую девочку с огромными голубыми глазами, с яркой игрушкой в маленьких пухлых ручках.
Чувство тепла и безмерной нежности покрывалом окутало каждый сантиметр мужской души.
Егор набрал ответ: «Моя».
Но тут же стёр его, исправив на более точное слово.
«Мои»."
