Суслик справился.
— Отлично! — я повернулся к нему, не давая ему передышки. — А теперь беги в больничную аптеку. Мне нужен гидрокортизон, сто миллиграммов, в форме для внутривенного введения!
— Гидрокортизон? — Фролов нахмурился, в его голосе смешались шок и недоверие. — Но, Илья, это же гормон! При «остром животе», при подозрении на перитонит, гормоны категорически противопоказаны! Они смажут всю клиническую картину и подавят иммунный ответ!
Я вздохнул.
Опять объяснять. Времени мало, но придется. Он должен понять.
Не просто слепо выполнить приказ, а понять, почему он это делает. Это важно для его обучения.
Я подошел к нему и посмотрел прямо в глаза. Мой голос был твердым, но не злым.
— Максим, послушай меня. У него НЕ «острый живот». Я же уже говорил. Забудь все, что тебе говорили хирурги. Его организм не вырабатывает жизненно важный гормон — кортизол. Без него его сосуды не держат тонус, сердце не может нормально сокращаться. Он умирает от шока. Этот гормон — единственное, что может его спасти.
Беги!
Фролов смотрел на меня несколько секунд, в его глазах боролись сомнение и зарождающееся доверие. Доверие победило. Он молча кивнул и снова исчез за дверью.
Молодец, Суслик. Не стал спорить. Доверяет. В нашей работе такое доверие на вес золота. Он вырастет в хорошего лекаря.
— А что если аптека закрыта? — пропищал у меня в голове Фырк. — Воскресенье же! Выходной!
— Дежурная аптека при больнице работает круглосуточно, — мысленно ответил я, не отрывая взгляда от монитора. Давление по-прежнему было опасно низким.
— Специально для экстренных случаев. Главное, чтобы препарат был в наличии.
Следующие пять минут тянулись как вечность. Я стоял у кровати, следил за показателями. Растворы капали, но это было лишь «латание дыр» в тонущем корабле.
И вот снова распахнулась дверь. Фролов. В руке он держал уже набранный в шприц препарат.
— Медсестра в аптеке помогла набрать! — с гордостью пояснил он. — Сказала, чтобы время не терять!
Я с уважением посмотрел на него
Умница.
Соображает. Не просто выполнил приказ, а сделал больше. Понял всю срочность ситуации.
Я взял у него шприц.
— Отлично, Максим. Но у нас и Татьяна Павловна могла набрать. Ладно. Теперь смотри. Сейчас ты увидишь, как работает настоящая заместительная терапия.
Я поднес кончик иглы к порту центрального катетера. Я взял шприц, проверил маркировку — гидрокортизон, сто миллиграммов, все правильно. Присоединил к свободному порту центрального катетера.
Сто миллиграммов.
