Теперь я понял все чувства гоголевского Вия, ту его тоску в голосе, когда надо было их поднять, а добрых молодцев с вилами поблизости не оказалось. Вдобавок безумный кузнец Вакула обернул наковальню мягким войлоком и теперь мерно и монотонно долбил по ней двухпудовым молотом. Долбил, сука, в моей голове!
Духх… Духх…
Дудухх…
Духх… Духх…
Не знаю, сколько в реальном времени провел в таком состоянии – десять секунд, пять минут, двадцать, но мне чудилось, прошла бесконечность. И страх сначала тихонько показал из закоулков разума свою мерзкую морду, затем нерешительно, чуть боязливо выполз, а потом, осмелев, стал заполнять собой все.
Больше всего ужасало то, что мозг будто изолирован от остального организма. Мышцы чужие, тело перекручивало, ломило каждую кость, и оно отказывалось подчиняться. Жило своей жизнью. Дергалось с усердием паралитика. Оставляя мне лишь возможность наслаждаться болью.
Обрывки каких-то мыслей, которые стайками воробьев разлетались, стоило чуть приблизиться к ним. Ни одну не получалось ухватить за хвост.
Где я?
Кто я?
С трудом нашел ответы.
Улей.
Люгер.
Впрочем, постепенно в голове прояснялось, сначала удалось взять под контроль веки, открыть глаза. Угол кровати и шкаф один в один как у меня в номере. Мой номер… Последнее внятное воспоминание – выхожу из банного комплекса, собираясь в кафе прикупить еды и направиться к себе. А дальше – что-то ужалило в шею, и темнота.
Постепенно появлялась и чувствительность тела. Сначала ощутил ноги, а потом словно теплая волна пронеслась.
Руки были стянуты за спиной. Не холодом металла, скорее всего это пластиковые хомуты, какие я здесь видел неоднократно. Пока еще сохранялась чувствительность. Или затянули слабо, или прошло немного времени. Впрочем, если хорошо и с чувством подойти к этому вопросу, то и пяти минут, максимум десяти, хватит за глаза.
Включился слух.
Два голоса.
Говоривших пока не видел, оба находились вне поля зрения.
– Чужак, зачем ждать-то?! Давай прямо сейчас отрежем ему башку, а потом все остальное.
Скорее сделать, пока его никто не хватился, и валить с форпоста… Поймают за таким… Лучше даже не думать, чем это грозит.
– Вилена сказала, заплатит, только если будем резать живому, когда он будет в полной памяти. Сначала яйца и член, потом пальцы на руках и ногах, потом башку, а завершающий аккорд – в рот вставить член.
– И откуда у баб в голове это дерьмо берется? Нет бы просто завалить, выеживаются!
– Пусть! Нам же лучше.
