Или он не в курсе твоего прихода?
По тому, как нервно она смахнула прядь волос с лица, я поняла, что попала в точку:
— Ммм, самодеятельность решила устроить? Ну-ну, мужики обычно такое не любят.
— Да тебе откуда знать, что они любят? Сидит тут какая-то старая кошелка, корчит из себя не пойми кого!
Теряя контроль над ситуацией, Ольга перешла на прямые оскорбления. Ее злобно растопыренные ноздри и перекошенный рот совершенно не вязались с общепринятым образом прекрасной беременной женщины."
"— Статья пять точка шестьдесят один.
Оскорбление чести и достоинства, — я отреагировала на ее выпад холодной сдержанностью, — еще одно такое слово, и я на тебя заявлю.
Она аж подавилась от возмущения, а потом перешла на высокие ноты:
— Да заявляй сколько хочешь, — голос у нее стал на редкость противным, — Глеб за меня заплатит! Поняла? Он мне вообще ни в чем не отказывает! Стоит только попросить!
Наверное, она хотела меня этим уесть, но только больше разозлила.
— Ааа, — понимающе протянула я, — так ты из этих… тех, которые жаждут дотаций?
Не знаю, чем ее взбесило слово «дотация», но она буквально вскипела.
— Это не дотации! А желание обеспечить хорошую жизнь матери своего ребенка.
— Извини за нескромный вопрос…Чье желание? Что-то я не вижу за твоей спиной своего мужа, — для вида я еще немного привстала, поводила взглядом по сторонам и позвала, — Гле-е-б, выходи. Нет. Не вижу.
— Он работает! — огрызнулась Ольга. — У него, знаешь ли, много дел!
— Знаю ли я? Хм… дай подумать… наверное, знаю.
Сарказма она не поняла, поэтому чуть ли не с пеной у рта продолжила рассказывать мне о том, какой у меня занятой муж.
— У него фирма своя и проекты важные.
— Да ты что? Невероятно…
— Представь себе! И когда я выйду из декрета, он устроит меня на высокую должность… Хотя, о чем я тут говорю. Что может понимать в должностях какая-то убогая домохозяйка.
Для меня всегда было загадкой, почему вот такие девочки, уверенные в своей неотразимости, шарме и еще черт знает в чем, считают, что нынешняя жена у обеспеченного мужика — это всегда какая-то свиноматка, с которой он из жалости, из-за детей, по привычке и другим не слишком интересным причинам.
Что она непременно глупа, неухожена, конечно совершенно не интересна, и ее потолок — это готовить котлеты на обед да драить унитазы.
Эдакая Чубакка на минималках. Без интересов, талантов и каких-либо достижений. Сидит просто на шее у своего мужа и жрет на халяву, при этом ничего из себя не представляя.
