Загнав агонию под замок, я глубоко вдохнула, выдохнула и поинтересовалась:
— И чего тебе надо от меня?
Ольга беспечно дернула худыми, острыми плечами:"
"— Самую малость. Скоро у нас с Глебом родится сын, и мне бы не хотелось, чтобы МОЙ, — она выделила это слово голосом, — мужчина отвлекался на посторонних. Поэтому просто по-тихому собери весь свой выводок и освободи территорию. Пожила хорошо, и хватит. Пора уступать место более молодым, красивым и удачливым.
Уступать?! Я?!
Наверное, мне послышалось.
— Не уверена, что меня устроит такой исход дела.
Ольга вскинула взгляд к потолку и, недовольно покачав головой, цыкнула. Потом снова села ровно и, опираясь на локти, склонилась ближе ко мне. Меня затошнило от ее духов — слишком много сладкого мускуса. Он ассоциировался с расхристанной постелью и грязным бельем.
— Татьяна Валерьевна, — она снова понизила голос до доверительно шепота, — разрешите открыть вам маленький секретик.
Вы — жалкая женщина. Все ваши попытки что-то там нарядить, причесать, накрасить — выглядят жалко. И знаете, почему Глеб до сих пор не развелся с вами? Правильно, из-за жалости. Переживает, как бы вы чего с собой не сделали.
С собой? Никогда! У меня трое детей, которым нужна здоровая бодрая мать.
А вот с теми, кто потоптался на моих чувствах — запросто.
— Так, значит…
— Представь себе. — с деланной досадой Ольга развела руками. — Так что не позорьтесь.
Пошуршите в своих застаревших закромах, найдите остатки гордости… Если таковые еще имеются… и уходите. Сами. Пока вас не выгнали.
Что ж, вежливость вежливостью, но пинать себя какой-то нахрапистой малолетней звезде я не позволю.
— Надо же, — я нашла в себе силы усмехнуться, — как странно слышать слова о гордости от человека, который проехал через весь город, сжимая в потном трясущемся кулачке ссаную бумажку.
Я небрежно дунула, и дешевый тест улетел со стола, приземлившись ей прямо в волосы.
— Эй! — от неожиданности она испуганно дернулась, — Что ты творишь?
— Небольшая подсказка: чтобы доказать беременность, было достаточно предъявить свой живот, а не разбрасываться мусором. Во-первых, это не гигиенично. За этим столом вообще-то люди едят. А, во-вторых, слишком уж по-колхозному.
Покраснев, как маков цвет, Ольга вытряхнула полоску из волос и зло уставилась на меня.
