Вначале ничего толком не вижу, только выделяющееся на фоне общего пейзажа снежное наслоение на земле у корней деревьев.
Фокусируюсь и замечаю торчащие полы мантии волхва.
— Он умер? — не верю своим глазам, которые не могу отвести от снежной кучки.
— Ага.
— Но ты говорил, что здесь нельзя умереть? — круто поворачиваюсь к нему, аж шею сводит. Судя по ощущениям, я действительно еще живая. Мертвые вряд ли будут страдать от сведенных мышц.
Мальчик пожимает плечами, безразлично объясняет:
— Он умер не здесь, а когда пересекал границу.
Выгорел. Нельзя сюда таким.
— Таким?
— Слабым. Ты сильная и ты можешь проходить. Раньше таких как ты было много. Сейчас уже нет. Задерживаться по долгу всего равно не все могли. Ты одна за последнее время.
— О чем ты? Я раньше здесь была?
— Была. Ты каждый раз так проходишь, просто никогда меня не замечала.
У меня немеют губы. То ли от холодных снежинок, падающих на них. То ли от шока.
— Аваркан…мальчик, скажи, я была здесь недавно?
— Была. Но мимолетно.
— Ничего себе мимолетно, неделю пропадала неизвестно где.
— Здесь время летит иначе, — мальчик сжимает кулачок с конфетами и снова меняется и вот передо мной стоит Эфрон Добанеско.
— Обалдеть…, — ступор проходит и я тряхнув головой, нащупываю нестыковку, — объясни, если я залетела сюда, образно выражаясь, потому что у меня оказывается такое хобби — то как со мной вместе на неделю исчезли мои знакомые из Аваркана?
— Ты про этих, что с собой притащила?
— То есть ты их помнишь?
— Ага.
— Они не умерли.
— Конечно нет.
Их энергетика близка этому месту, а его нет, — фантом указывает на Ингара. — К тому же, ты была проводником. Но я бы тебе не рекомендовал их всех, кроме разве дракона, сюда проводить. Опасность есть.
Кажется, в этот момент у меня окончательно исчерпывается весь словарный запас.
Стоя на месте, кручу головой, пытаясь переварить услышанное.
— Я даже ничего толком не помню, — единственное, что получается из себя выдавить.
Прохожу вперед к кучке снега, что раньше была верховным волхвом, смотрю на новую версию Драхонгара.
Боковым зрением замечаю, как фантом снова переодевает форму. Улавливаю черты Ларча. С трудом давлю желание броситься на шею профессора и обнять его. Напоминаю себе, что он ненастоящий. И к тому же — не материальный.
— Выходит, когда артефакты столкнулись, мы перенеслись сюда. Я сама не понимая, что делаю, затянула Ингара с собой, — рассуждаю вслух. — У волхва не было выхода, потому что он оказался заложником Драхонгара и его силы.
