— Типа того…, — захватываю побольше воздуха, стараясь унять волнение и на выдохе произношу, — видишь ли, Нар. Нам надо поговорить. Возможно повод для праздника все же есть.
Аргалон вопросительно изгибает бровь и цепляется глазами за мою руку, плавно скользнувшую к животу. Он задерживается на ней. И я вижу, как вспышками на его лице сменяются эмоции.
Удивление. Настороженность. И… вдруг его губы накрывают мои в самом нежном из возможных поцелуев. Но даже от него я задыхаюсь, потому что он переполнен взрывными чувствами.
— Нар? — жалобно бурчу, обхватывая его скулы своими ладонями. — Если ты будешь так меня целовать, то я умру от нехватки воздуха.
— Проклятие, прости, — он прижимается своим лбом к моему. Бережно проводит рукой по моему пока еще плоскому животу. Короткий поцелуй в лоб и нежное на ухо, — я люблю тебя.
Услышав эти слова, я округлую глаза.
— Ты впервые признался мне в своих чувствах.
— Я не умею говорить красиво. Тем более о любви, — усмехается он.
— Возможно, больше никогда этого не скажу. Но это это ничего не меняет."
"Он опускается на корточки и наши лица оказываются на одном уровне. Одной рукой он обхватывает мое лицо. Другой подхватывает мою ладонь, сплетая наши пальцы.
Долго и пристально смотрит в мои глаза. Я рассказываю ему то, что узнала от лекаря.
Аргалон внимательно слушает и только когда я замолкаю — осторожно прикасается своими губами к моим. Бережно раскрывая их, углубляет поцелуй.
А потом отстраняется, оборачивается на стол.
— Праздничный ужин просто чудесен. Лучшего повода не придумать.
***"
