С человеком, который намерен поживиться на добром имени моего отца и…
— Уильям, хватит! — воскликнула я, но было уже поздно.
Толстяк больше не сдерживался. Его рука взлетела, и громкая затрещина прозвучала в комнате. Уильям пошатнулся от удара, но не упал. Он поднял руку к щеке, на которой выступил ярко-красный след.
— Сэр Джон! — я рванула между ними, заслонив Уильяма. — Вы посмели поднять руку на моего брата!
Толстяк тяжело дышал, и из его рта вырывался свист при каждом выдохе.
— Мальчишка нуждается в уроках дисциплины, миледи, — бросил он сквозь зубы.
— Пожалуй, я напрасно отложил вопрос поступления нашего графа Толбота в закрытую школу для мальчиков. Займусь этим сегодня же.
Меня захлестнуло волной отвращения.
— Подите вон, — сказала я, не повышая голоса. — Немедленно.
Опекун бросил на меня последний взгляд, полный ярости, затем резко обернулся и направился к двери. Уже на пороге он обернулся и процедил.
— Надеюсь, этот урок не пройдёт впустую.
Когда дверь закрылась за ним, я повернулась к Уильяму.
Он стоял, упрямо потирая щеку, но в его глазах блестели слёзы, которые он отчаянно пытался скрыть.
— Уильям… — начала я, присев перед ним на корточки
— Он трус, Тесса! — сказал он тихо, но срывающимся голосом. — Просто трус!
Я покачала головой, не в силах сразу ответить, и порывисто обняла его. Уильям замер в моих руках, его худенькие плечи напряглись, но затем он уткнулся лицом мне в плечо.
Этот ублюдок посмел поднять руку на ребенка! Посмел угрожать ему закрытой школой.
Внутри меня все кипело и клокотало от ярости.
Этот ублюдок… этот надменный, жирный ублюдок посмел поднять руку на ребенка! И даже больше — посмел угрожать ему ссылкой в закрытую школу.
Уильям чуть отстранился, и его глаза были полны слез, которые он не хотел показывать.
— Он говорил про школу, Тесса… он правда сошлет меня туда?..
Я провела ладонью по его взъерошенным волосам, сдерживая желание немедленно догнать сэра Джона и сказать ему все, что я о нем думаю.
— Он не сможет ничего сделать, — сказала я твердо, глядя ему прямо в глаза.
— Я сделаю все, чтобы этого не произошло. Уильям, обещаю тебе. Никто не посмеет отобрать у нас то, что принадлежит нам.
— Но как?.. — он посмотрел на меня, и я с трудом выдержала его полный надежды взгляд."
"— Я что-нибудь придумаю. Обязательно придумаю.
Незаметно для брата я прикусила губу. Была одна идея, которая пришла мне на ум еще во время аукциона. Когда я наблюдала за стычкой между рабочими закрытой фабрики и Норфолком.
