Кажется, я нечаянно отвлекла толстяка от ее топорного, очевидного флирта.
Пришлось невинно улыбнуться и пожать плечами.
— Миледи, я намерен как можно скорее перенять дела покойного сэра Найджела, — промокнув тканевой салфеткой жирные губы, важно оповестил меня сэр Джон. — И потому после ужина хочу заглянуть в сейф вашего отца.
— К чему же такая спешка? — я подняла на него взгляд.
Он крякнул.
— Потому что ваш предыдущий опекун уже упустил множество выгодных предложений, которые преумножили бы капитал семьи.
Я его ошибки повторять не собираюсь.
Интересно.
Интересно, чего конкретно касались те якобы выгодные предложения?
И капитал какой семьи они преумножили бы? Нашей? Или той, в которой состоит сэр Джон?.."
"— В сейфе отца хранятся лишь его старые, неудачные разработки, — ровным голосом сказала я, сфокусировав взгляд на переносице толстяка. Смотреть ему в глаза было выше моих сил. — Мы его не открывали со дня оглашения завещания.
Элоиза громко, возмущенно фыркнула, но опекун не повел и бровью.
Вместо этого он окинул меня тщеславным, покровительственным взглядом.
— Откуда бы вам знать, миледи, какие разработки являются неудачными, а какие нет? Тут нужно образование, знания, опыт! — сэр Джон хохотнул так мерзко, что мне захотелось схватить вилку и пригвоздить его толстую ладонь к столу.
Пришлось мысленно досчитать до десяти.
— Но, моя дорогая, не тревожьтесь. Вы теперь в надежных руках, я всё возьму на себя, всё решу, всё устрою.
Мне кажется, если бы толстяк мог, то склонился через стол и потрепал бы меня по макушке как собаку.
Горло вновь захлестнула тошнота, на кончике языка защипала горечь. Боковым зрением я уловила взгляд Уильяма: каким-то чудом за весь ужин он не сказал ни единого слова.
— Тессочке бы мужа хорошего подыскать, сэр Джон. Уже возраст подходит, двадцать лет исполнится — и все, рубеж.
Я сперва даже не поняла, что Элоиза заговорила обо мне.
Тессочке⁈
Но возмутиться я не успела, потому что опекун согласно закивал.
— Это первостепенная моя задача, — и он причмокнул толстыми губами.
Пришлось поднести салфетку ко рту, чтобы переждать приступ тошноты.
— Я не тороплюсь замуж. Я должна позаботиться об Уильяме.
— Уж будьте покойны, миледи, о молодом графе Толботе позабочусь я, — сэр Джон сально улыбнулся.
Было ощущение, словно на этом ужине мне накинули на шею удавку и медленно, медленно принялись ее затягивать.
