Но в любом случае, это объясняло выражение лица Эделайн.
Она кивнула, стараясь не морщиться от головной боли.
— Просто кошмар.
Эделайн придвинулась ближе, ее бирюзовые глаза изучали Софи, будто она искала какой-то более глубокий ответ.
— Мы справимся.
— Обязательно, — согласился Элвин. — И может помочь, если…
— Никаких успокоительных, — сказала Софи.
Она не хотела быть упрямой. Но триггеры были упрямыми штуками, а успокоительные возвращали ее мысли к слишком многим темным, одурманенным наркотиками дням.
Элвин вздохнул.
— Нельзя винить врача за попытку, но я понимаю. — Он щелкнул пальцами, образуя оранжевый шар вокруг ее руки. — Посмотрим, как у тебя дела.
Он поправил очки, как делал всегда. Наклонил голову из стороны в сторону. Но на этот раз он выдохнул:
— Черт.
— Ну… это не то, что мы хотим услышать, — сказала Эделайн, натянуто улыбаясь, когда села и убрала волнистые янтарные волосы за узкие плечи.
— Это не так, — согласился Элвин, проведя рукой по лицу. — Простите. Похоже, дерганье отбросило нас на день назад.
Я могу попробовать дать Софи двойную дозу регенератора костного мозга сегодня вечером, чтобы посмотреть, вернет ли это нас в нужное русло. Если только…
— Если только… — предложила Эделайн."
"— Просто интересно, есть ли у меня что-нибудь получше. — Он подошел к полкам с лекарствами, прищурено посмотрел на разноцветные флаконы и провел пальцами по нескольким, прежде чем схватить один из них, глубокого землисто-красного цвета. — Прекрасно! Я не был уверен, осталось ли у меня что-нибудь.
Но, похоже, есть одна доза, которой более чем достаточно. Я сделал лекарство для Сандора после того, как его сбросили с горы, помнишь?
Софи вздрогнула, гадая, сколько времени пройдет, прежде чем этот последний приступ будет обсуждаться так небрежно.
Помнишь, когда Невидимки пытались убить нас с жуткими тенями?
— У него было так много сломанных костей, — продолжал Элвин, — что мне пришлось изменить свою обычную формулу. Так что это должно компенсировать потерянное время… может быть, даже опередить.
Просто заткни нос, когда будешь пить, потому что это вещество очень сильное. Баллхорн не подходил ко мне в течение трех дней после того, как я его сварил.
— Отлично, — пробормотала Софи, но все равно потянулась за флаконом.
— О, ты не можешь принять его сейчас, — сказал Элвин, засовывая пузырек в сумку, висевшую у него на плече. — Нам придется подождать до тех пор, пока не ляжешь спать, чтобы ты смогла выспаться. Это тяжело.
