Кстати, почему? Я думала, ты первым делом побежишь за браслетами, как только перестанешь быть рассеянной и поймешь, как давно ты нравишься моему брату."
"— Как давно я ему нравлюсь? — спросила Софи, выпалив вопрос прежде, чем успела остановиться. — Неважно. Забудь, что я спрашивала. Я не хочу ставить тебя меж двух огней.
— Думаю, будет лучше, если мы проведем эту черту сейчас, прежде чем вы, ребята, доберетесь до супер-сентиментальной стадии, — согласилась Биана. — Я точно знаю, что он был влюблен с тех пор, как мы все вместе были в Аллюветерре.
— Неужели? — Софи умирала от желания узнать подробности. Но она оставила это, перейдя к более важному вопросу. — Ты не возражаешь?
— Нет. Как я уже сказала, вам хорошо вместе. И я не единственная, кто это видит. Тебе действительно нужно перестать так волноваться о подборе пар. Вы идеально подходите друг другу. Вот увидишь.
Софи все еще сомневалась. Но… как ни странно, ей тоже захотелось это выяснить. Может быть, с ее стороны было эгоистично думать о чем-то подобном, когда Линн каждый день переживала за брата, а Там неизвестно где застрял, неизвестно чем занят.
Или… возможно, именно поэтому она испытывала большее искушение, чем раньше. Возможно, то, что происходило с Тамом, было также хорошим напоминанием о том, как быстро игра может измениться, и что-то очень важное может быть отнято. И, возможно, было бы лучше сделать так, чтобы никогда не было никаких сожалений… никогда не было того, на что она оглянулась бы и подумала, если бы только я не была так напугана.
Эта мысль гнездилась в ее мозгу, жужжа еще пару дней. До тех пор, пока однажды утром за завтраком она не спросила:
— Если я хочу записаться на подбор пары, как мне это сделать? Есть ли процесс, или..?
Ей пришлось остановиться.
Эделайн выглядела так, будто хотела схватить ее и обнять, а Грэйди, казалось, хотел затащить ее наверх и запереть в комнате, и она определенно жалела, что заговорила об этом.
Но Эделайн также сказала ей:
— Все, что тебе нужно сделать, это сказать, и мы отведем тебя прямо сейчас.
***
Софи обошла все улицы Атлантиды в те отчаянные дни, когда пыталась спасти своих человеческих родителей. Но почему-то она никогда не замечала мерцающую хрустальную башню, которая стояла на одном из самых широких и шумных каналов.
Половина строения стояла по одну сторону темной воды, половина — по другую, наклоняясь друг к другу и сливаясь в массивный изогнутый шпиль. Это было не самое высокое здание на улице и не самое роскошное.
