С плеч дворецкого, мужчины некогда статного и, несомненно, привлекательного, сейчас разве что не сыпался песок. Ему давно было пора отправиться на покой, но раз он не сделал этого, то вывод напрашивался сам собой. Старику просто некуда податься, вот и живет в Пустошах, выполняя свою работу так, как позволяют возраст и здоровье.
Женщина рядом с дворецким, полная и рыжая, глядела с любопытством и немного нагло. Скорее всего, она была экономкой.
Тут же, вытянувшись по струнке, стояли пожилая горничная и чуть более молодой, чем господин дворецкий, лакей.
При этом все одеты чисто и опрятно, но одежда старая, стираная перестиранная. На плече дворецкого темная латка. У госпожи горничной перешитое платье.
— Добро пожаловать в Северные пустоши, леди Бэрилл! — дворецкий вышел вперед и от имени прислуги поприветствовал меня, а затем поклонился. К этому времени Эдвард уже выбрался с помощью отца и кучера из кареты и пересел в свое кресло. Подъехав ко мне, генерал поднял взгляд. Было заметно, насколько он неуютно чувствует себя вот так глядя на свою супругу снизу вверх.
Да и мне, признаться, было не по себе.
Но где же мальчик? Где Габриэль?
— Добрый день, — ответила на приветствие слуг, улыбнувшись каждому и не выделяя своих.
— Спасибо, что встретили, Хепмен, — обратился к дворецкому Нед на что старик ответил поклоном.
— Ну-с, Эйвери, позвольте проводить вас в наш замок, — почти весело произнес сэр Томас. Приблизившись, он предложил мне руку, которую я приняла, сердечно улыбнувшись мужчине за поддержку.
Эдвард направил механическое кресло вперед и мы, я, сэр Томас, отец и Тереза, поспешили за ним. Следом, словно стая уток, поковыляли старые слуги фамильного замка. Почти такие же древние, как и само строение.
Сэр Томас, явно сконфуженный, наклонился к моему уху, шепнув на ходу:
— Боюсь, вы разочарованы?
Я посмотрела на мужчину."
"— Ничуть, — ответила честно. Знала ведь, что замок рассыпается. Слухи о положении дел семейства Бэрилл давно ходили по столице. И, как это редко бывает, на этот раз оказались верны.
— Замок давно требует реставрации, но у нас пока нет необходимой суммы. Впрочем, вы прекрасно знаете это, Эйвери, — он намекнул на выплаченный долг. — Прислуга — это почти наши друзья. Те, кому просто было некуда идти. Остальные попросили расчет, едва я рассказал о том плачевном положении, в которое попали мы с Недом.
Кивнув, взглянула на высокую дверь. Ее вежливо, с улыбкой на лице, распахнул перед нами наш с отцом слуга.
