Тем более, если это болтливая девчонка в кожаном плаще с заклепками в виде черепов.
Нарочно не воспользовался Полупутем, хотя мог бы мгновенно оказаться в нужном месте. Вышел в дверь. Пусть гадают, куда он теперь направится.
На лицевой стороне города здесь был ночной клуб. На изнанке – вокзал. Такой, каким его задумали пару веков назад и каким он был до разрухи. Игни шел по коридору, с любопытством разглядывая ковровые дорожки и рожковые люстры. И зал ожидания, похожий на вагон-теплушку, с пустыми лакированными скамьями.
Мертвые дома тоже уходят на изнанку. Не сразу, как люди, а постепенно. По мере того как время съедает стены. Дома́ ждут долго, это медленная смерть. Надеются, что все вернется. Что кто-нибудь влюбится в лепнину на фасаде, высоту потолков и вытертый паркет. И захочет провести всю свою жизнь в их комнатах. Но никто не хочет… и пора уходить. Некоторые, особенно непримиримые, вцепляются в жизнь столь же крепко, как их фундаменты – в землю. Непонятной человеку логикой камня и дерева находя выход в цепочке «кто-нибудь умрет – кто-нибудь придет».
Но это не о тебе, вокзал. Ты молодец, приятель. Ушел достойно. И не вернулся, когда на лицевой стороне тебя превратили в банальную развлекаловку.
На изнанке ты остался собой. Жаль только, там, в городе, никто не может больше видеть, как медленно ползет на твоих часах секундная стрелка. Не поспешит на отходящий поезд, не помашет рукой с перрона. Все правильно. Это жизнь. Твоя новая жизнь… Наверное, Нике бы здесь очень понравилось.
Мысленно зачеркнул последние слова. Потом попытался вспомнить, когда вообще ел, и не смог. Но голода не чувствовалось. Похоже, еще одна проблема отпала сама собой. Давно бы так…
Прежде чем закрыть глаза, он обогрел ладонью массивную позолоченную ручку входной двери. Зачем вообще нужны двери, если каждому здесь доступен Полупуть?
Теперь это и твоя новая жизнь, Антон Ландер. Привыкай.
Ветра нет. Ничем не пахнет. И непонятно, удался ли шаг, или он по-прежнему внутри вокзала. По ощущениям – никакой разницы.
Даже температура воздуха средняя. Ни жарко, ни холодно. Никак."
"Полупуть не подвел. Все белесое, как в тумане. Ни день, ни ночь, опять же, а так – нечто среднее. Холм и пустырь за оградой. Ляхово. И чего о тебе было так много трепотни? Да, яблоневый сад. Вырубленный на лицевой стороне, должно быть, задолго до начала строительства. Еще водонапорная башня – строение шестигранной формы из красного кирпича, возвышающееся на более широком основании.
