И один-единственный больничный корпус, безнадежно заброшенный в самом городе. Тот самый, в котором нашлась одна из пропавших девушек.
Тишина. Игни ступал по траве, но не слышал звука собственных шагов. Словно под ногами была вата.
Он ожидал, что это место – не Ляхово, а вообще изнанка – окажется более… населенным, что ли. А здесь если и были Есми, то даже они на глаза не попадались. Не говоря уже об остальных. Таких, как Идель, Эш и сам Игни.
Приблизившись к новому, сияющему чистотой стекол зданию, не стал торопиться входить внутрь.
Уселся на землю чуть поодаль и решил понаблюдать.
В чем-то должен быть подвох.
Не то чтобы его это сильно волновало. Что бы там ни было, вряд ли оно его убьет. Смерть неживого в мире неживых – это слишком. Даже для второсортного ужастика.
Игни грыз травинку и смотрел на дом. Дом, казалось, тоже смотрел на Игни. Изучал всеми своими окнами.
Даже забавно: там, на лицевой стороне, пустырь загроможден жилыми корпусами. А этот, брошенный, глядит немым укором. Зато здесь он – единственный и прекрасный.
Только всем пофигу.
Ему, Игни, в принципе, тоже. Просто надо же о чем-то думать. Желательно, понятном и близком. Как горечь травяного сока во рту или неожиданная пустота изнанки, напоминающая затишье в больничном коридоре во время тихого часа. В смысле все где-то есть, но временно попрятались.
Еще там, на пути между лицевой стороной и изнанкой, он решил: если найдет хоть малейший зазор, крошечную возможность вернуться обратно, то сделает это. А если нет…
Тогда все, что было раньше, так и останется на лицевой стороне города.
Забыть. Выкинуть из головы. Будто и не было.
Теперь он один, как и мечтал. Жив и ни от кого не зависит. Тогда какая разница, что творится вокруг? Люди или Есми? Холод, жара или бессменная комнатная температура? Последнее даже комфортней.
А Ника… Ну, что Ника? Поплачет и забудет.
Все, прекращай. Хватит.
– Привет!
Голос прозвучал совсем близко. И звонко, как в пустой комнате. Не по-уличному. Неестественно.
Игни глянул мельком.
И так узнал.
– Привет, Соня.
– А я тебя ждала, – застенчиво призналась та и опустилась рядом на траву. Подоткнула под колени длинный подол из алой ткани в горошек, сцепила пальцы в замок. – Когда здесь появляется кто-то новый, мы сразу чувствуем. А мы с тобой… немного связаны. Я просто хотела поблагодарить. Сейчас мне намного лучше. – Она привычно потянулась к шее в поисках веревки, но тут же отдернула руку.
– Ты и выглядишь лучше. Рад за тебя.
