Её машина сбила.
– А другие родственники? – спросил Дэн.
– Я знала только бабушку и дедушку, но они не захотели меня взять к себе после маминой смерти. Сказали, что не хотят растить ублюдка, которого их дочь нагуляла неизвестно от кого, и отдали меня в приют. Они никогда меня особо не любили, мы редко виделись, только по праздникам. Так что последние три года я жила в приюте.
– Наверное, там за тебя волнуются, – предположила я, решив не заострять внимание на поведении людей, отказавшихся от собственной внучки.
Мне такого было не понять. Увидев недоуменно поднятые брови малышки, пояснила: – Тебя же выкрали из приюта, да?
Я помнила, как украли меня, да и Гвенни тоже.
– Нет, меня не выкрали, директор меня сам отдал этим людям. Ну, когда узнал, что я... превращаюсь.
– А как это вообще произошло? – спросил Дэн. – И когда у тебя это случилось в первый раз?
– В первый раз? Я не помню. Я всегда это могла.
– Ничего себе! – восхитилась я. – Мы можем перевоплощаться, только став взрослыми, а в детстве не умеем.
– Думаю, это не единственное, в чём Стейси отличается от нас, – покачал головой Дуглас. – Не представляю, как бы мы справлялись, если бы наши дети могли обращаться ещё малышами.
– А вы тоже можете превращаться? – воскликнула Стейси. – Как я? В собак?
– Нет, – улыбнулась я. – Моя семья может превращаться в пантер, а семья Фрэнка...
Я оглянулась на него, не зная, можно ли говорить девочке про гаргулий. Но отозвался Роб.
– Давай-ка я тебя кое-что покажу, – предложил он. – Не испугаешься?
– Нет, – Стейси помотала головой.
– Я уже поняла, что вы все тут необычные. Так что не испугаюсь.
Но маленькая ручка всё же скользнула в мою ладонь. Легонько сжав её, я тоже с любопытством уставилась на Роба – для меня подобное зрелище всё ещё было чем-то волшебным.
Выйдя в центр комнаты, Роб улыбнулся девочке и раскрыл огромные крылья, которые заняли почти всю комнату. Преображение прошло мгновенно и, вообще-то, если не считать крыльев, изменения в глаза не бросались. Лишь присмотревшись внимательнее, я увидела, что черты лица слегка заострились, ногти на руках превратились в длинные когти, а уши увеличились и тоже заострились, что не было для меня сюрпризом.
Но новые уши Роба вовсе не были такими фантастически прекрасными, как у Фрэнка. Ну, ладно, фантастическими они всё же были. Но прекрасными уши были только у Фрэнка, и больше ни у кого.
– Какие смешные у тебя ноги! – захихикала Стейси.
Опустив глаза, я поняла, что она имела в виду.
