Тут же послышался звук пробитого стекла, а где-то вдалеке почти одновременно снова раздался выстрел."
"Но Барретт, не обращая внимания на стрельбу, лишь слегка присев, одним плавным движением вытащил из машины Дугласа и, подтягивая его за петлю на бронежилете, уложил его рядом со мной. Упав на асфальт и прощупав горло Дугласа, Барретт повернул его голову набок и открыл ему рот, после чего коснулся рукой своего уха.
— Синяя трасса, — услышала я его голос — жесткий, но спокойный. — Подрыв, дистанционка.
Ребята в фарш. Тащи свой зад сюда по GPS.
Снова послышался металлический удар по джипу, выстрел вдалеке, я вся сжалась от страха за Него, но Барретт, словно не замечая обстрела, начал отползать к открытой задней двери машины, как оказалось, продолжая свой разговор с незримым собеседником:
— Два-три стрелка и группа захвата. Направление: ""полчетвертого"". Расстояние: триста, высота сорок.
Определенно, он что-то доставал из салона рукой, но я ничего не могла разглядеть из-за открытой двери.
Через пару секунд на асфальте появился длинный прямоугольный футляр. Барретт закрыл дверь, повернулся на бок, извлек из футляра быстрыми четкими движениями снайперскую винтовку с оптическим прицелом и металлический продолговатый предмет, похожий на плоскую коробку, который он положил в карман.
Он метнул взгляд на меня и жестко произнес:
— Темнота — для них не помеха, тебя может скрыть только металл. Прижмись к колесу, лежи и не высовывайся, что бы ни произошло!
— Что с Дугласом? — спросила я, рассматривая обездвиженное тело.
— Ничего хорошего, — коротоко ответил он, и я нахмурилась от боли в груди. Сглотнув горькую слюну, я перевела взгляд на догорающий капот.
— Наша машина не взорвется?
— Нет, не взорвется, — уверенно сказал он.
Я кивнула и продолжила внимательно наблюдать за Ричардом, понимая, что он держит ситуацию под контролем. Ни паники, ни сомнений я не увидела в его действиях.
Миссис Хоуп была права: Барретт умел играть в эти игры, как никто другой.
Он пружинисто вскочил и, пригнувшись, рванул к раскореженной догорающей машине ярдах в тридцати от нас. Я забыла, как дышать, и похолодела от ужаса, наблюдая за его стремительно удаляющейся фигурой в свете редких придорожных фонарей, а позади и в стороне от него взлетали куски асфальта, разбитого пулями, и каждый выстрел гулким эхом отдавался у меня в сердце.
