Сплетаясь с моим мужчиной в одно целое, обнимая его массивную шею, ощущая кожей его мужскую шелковистую поросль на груди, я чувствовала его мощные толчки, и даже вода не смягчала их силы. Но я любила моего Воина, любила его грубые ласки и мужской напор, принимая с нежностью его доминантность и силу. Для меня это было естественным, я знала, что так и было предначертано мне свыше.
Будучи нагой наедине с природой, я словно сбросила с себя одежду цивилизации, ее энергетику с налетом цинизма и вернулась к Истокам, Началу всех Начал, задуманным Богом. Осязая живую суть Эдема, сливаясь с ним воедино, я стала его частью, вернулась к ипостаси Евы, и сейчас, находясь в стальных объятиях своего мужчины, я как никогда чувствовала себя Адамовым Ребром.
* * *Мы летели обратно к нашей Косатке, Барретт разговаривал по рации с яхтой, а я, укутанная в халат, пыталась навсегда зафиксировать в памяти этот волшебный день. Теперь у меня с Ричардом были общие воспоминания, которые принадлежали только нам. Я повернула голову и, любуясь его мужским профилем, тихо произнесла:
— Я назову этот остров Эдемом.
На это Барретт по своему обыкновению ничего не ответил, а я вновь перевела взгляд на Океан и мысленно поблагодарила его за доверие.
Утомленная, обессиленная, выпитая своим мужчиной до дна, я чувствовала как по венам разливалась сладкая нега, делая мое тело легким, словно я вновь качалась на мягком покрывале Соляриса. Ощущая в волосах аромат моря и солнца, смешанный с мужским запахом Ричарда, я закрыла глаза и провалилась в сон.
Помню, что на мгновенье я проснулась, когда меня сонную подхватили сильные родные руки и куда-то понесли, но, не желая возвращаться в реальность, я вновь погрузилась в сладкое небытие, чувствуя на затылке Его горячую ладонь."
