Но теперь оно отыскало нас, как я отыскал тебя.
Я не хочу бежать, просто порази меня."
"О ком он пел? К кому стремился после бури? Какую женщину он боялся больше не увидеть? Она стала для него ориентиром, путеводной звездой, которая вывела его из мрака? Музыка набирала все новые и новые обороты, становясь с каждой нотой массивней, подобно буре, которая создавала волну, стремившуюся ввысь, к небу.
Что, если буря закончится? По крайней мере, это ничего,
Кроме воспоминания, отдаленного эха, которое я не определю.
Беспокойный, я шёл, злясь всё сильнее и сильнее,
Пока не закипела моя кровь.
Макс пел, и в унисон музыке в его голосе звучал вызов судьбе и нежелание покориться обстоятельствам. До этого мы говорили о потере близких. Может быть, на войне он потерял не только своих друзей, но и любимую женщину? Может быть, это она подарила ему нарды? Или это только страх потерять ее? Я пыталась поймать взгляд Макса, чтобы найти ответы на вопросы, но он не смотрел на меня, и в этот момент все, что я могла видеть, — это его гитара и пальцы, дававшие жизнь струнам, а все, что я могла слышать, — это его глубокий голос, который сплелся воедино с музыкой в совершенном узоре.
Я хочу видеть тебя такой, какая ты сейчас,
Каждый день моей жизни.
Окрашенная пламенем, призывающим гром,
Будь молнией во мне, которая безжалостно поражает.
На этих строках мелодия достигла своего апогея, и гитара, которая звучала в умелых руках музыканта единым оркестром, сейчас взорвалась в крещендо, подобно салюту, — буря создала совершенную по своей силе и красоте волну.
Она сплошной темной стеной достигла абсолюта и, на секунду зависнув на уровне неба, с грохотом понеслась вниз, накрывая мощной лавиной смешанных противоречивых эмоций: грусти и радости, смирения и вызова, зависимости и свободы.
Что, если буря закончится, и я не увижу тебя
Такой, какая ты сейчас, никогда больше?
Безупречный ореол золотых волос… и молния
Оттеняет тебя на фоне последнего танца планеты…*
Голос Макса наравне со штормом утихал, и теперь на смену тревоге пришла вера в будущее.
Она, подобно первым неясным лучам восходящего солнца, давала чувство умиротворения, абсолютной свободы и очищения, какое бывает после утихающей стихии. Все плохое было позади, и впереди ждала надежда на лучшее.
""Я не хочу бежать, просто порази меня"", — тихо пропел Макс, и его пальцы замерли, погружая все вокруг в покой и штиль.
Наконец Хакер поднял голову и цепко посмотрел на меня.
