Я молча изучала его глаза, пытаясь понять, правильно ли я прочла все те эмоции, которые мне позволили увидеть, но ничего, кроме спокойствия, в этом взгляде не находила. Одно я знала наверняка — эта песня, обнажившая на несколько минут его душу, была частью его мира, но с последними аккордами незримая дверь в его космос вновь закрылась, оставляя меня с миллионом вопросов и неясных эмоций.
— Это было… — и я остановилась, подбирая нужное слово, — СОВЕРШЕНСТВОМ.
— Лестно слышать, — усмехнулся он, откладывая гитару на кресло.
Мне очень хотелось узнать, что случилось с той девушкой, о которой он пел, но я не решалась спросить, опасаясь затронуть болевые точки, а Макс, судя по его замкнутому виду, большего, чем он показал, раскрывать не собирался.
— Спасибо большое за такую красивую песню.
Он посмотрел на свой смартфон и сказал:
— Уже половина восьмого. Как ты себя чувствуешь?
— В полном порядке и готова идти домой, — уверенно произнесла я, понимая, что пришло время покинуть нору Хакера и остаться наедине со своими демонами.
Макс кивнул и, в очередной раз обхватив мое запястье, проверил пульс.
— Когда у нас следующее занятие? — осторожно спросила я, опасаясь, что он перестанет со мной тренироваться после сегодняшнего инцидента.
— Я сам выйду с тобой на связь через несколько дней, — неопределенно ответил он, но я облегченно вздохнула, потому что в его ответе не прозвучало категоричного ""нет"", а это означало — мне просто дали время восстановиться.
Пока мы поднимались наверх, я держалась спокойно и уверенно, но Макс контролировал каждый мой шаг, крепко обхватывая поручни строго под моими локтями, тем самым не давая мне и на дюйм оступиться.
Уже перед входом в мою комнату, Хакер протянул мою липкую от сока одежду и попросил:
— Переоденься сейчас во что-то чистое, и я заберу свои вещи.
— Я могу тебе отдать их при следующей нашей встрече, — насторожилась я.
— Лучше сейчас, вдруг Эльза нечаянно найдет, возникнет масса ненужных вопросов, — пояснил Хакер, и я с ним согласилась.
"
"Пока я переодевалась в пижаму, у меня не проходило ощущение какой-то смутной тревоги. То ли это были последствия моего кошмара, показавшего мне живое сердце Ричарда, то ли я все еще была под впечатлением от песни, немного приоткрывшей мне душу Макса, но времени на раздумья не было, — за дверью ждали — и я решила разобраться в этом позже.
