И, увидев улыбку на лице девушки, сердито поинтересовался: – Что смешного я сказал?
– В кресле на колесах, но живой, – объяснила Маргарита, – это же счастье.
Старший Ермаков хмыкнул и более ничего не произнес.
Глава 30
Из больницы Прохора выписали на костылях. Но парень, хоть и с большим трудом, шел сам. Отец приехал за сыном, велел его подружке тоже сесть в машину, привез их в двухкомнатную квартиру и заявил:
– Живите здесь спокойно. Рита, даже если мой обалдуй захочет от тебя сбежать, ты мне навсегда родная дочь.
И Надежда Васильевна того же мнения.
Вот так Маргариту приняли в семью Ермаковых. Алексей Константинович сделал для нее много хорошего. И сразу полюбил появившуюся на свет внучку. Прохор в конце концов поправился и слегка остепенился. На мотоцикле он больше не гонял, ездил на подаренной отцом машине, продолжал учебу в институте, занятия в котором прервал из-за аварии и длительного восстановительного периода. А Рита получила диплом, занималась домом, дочкой и чувствовала себя счастливой. Ложкой навоза в кастрюле с наваристым борщом оказалась неверность Проши.
"
"Да, гражданский муж постоянно бегал налево. Марго делала вид, будто ничего не знает, и утешала себя мыслью, что любовницы – временное явление. Главное, Проша всегда возвращается к ней, она его супруга, пусть и без штампа в паспорте. О настоящей свадьбе Рита не заговаривала. А Прохора такое положение вещей вполне устраивало, он пользовался всеми правами женатого мужчины, не неся при этом ни малейших обязанностей человека, обремененного узами брака.
Надежда Васильевна была приветлива с Ритой, забирала на лето Любочку на дачу, но сыну не говорила: «Пора тебе оформить отношения с матерью дочери». Рита на квазисвекровь не обижалась, давно поняв: Надежда Васильевна своеобразная личность, относится к ней хорошо, но навряд ли любит.
Мать Прохора была не жадной, но деньги считать умела. Накануне дня рождения Риты она звонила ей и предупреждала:
– Завтра поедем в магазин.
Дама заранее озвучивала сумму, на которую собиралась сделать подарок, и Рите следовало строго придерживаться бюджета.
Как-то ей очень понравились сережки, которые стоили на рубль дороже оговоренной суммы, и она спросила у Надежды Васильевны:
– Может, эти?
– Ты же знаешь, какими деньгами располагаешь, – прозвучало в ответ.
Но пытаться сэкономить тоже не разрешалось. Если Марго показывала на некий дешевый вариант, мать Прохора строго говорила:
– Присмотрись к другой витрине, используй все выделенные средства.
