– Что ты хочешь спросить?
– Таша, как в твоей каюте мог оказаться чемодан Розалии?
Ну это совсем просто! На этот вопрос есть только один ответ:
– Я не знаю. Откуда я могу знать, Степан?..
– Да в том-то и дело! – Он поднялся, походил по комнате, обходя стулья, и выбросил в открытое окно шелуху. – Ты должна знать.
– Я?! Откуда?!
Он заставил себя рассердиться.
– Не знаю, откуда. Но ты была в каюте, когда этот хренов чемодан туда принесли!
Таша опешила.
– Стёп, ты что? С ума сошёл?! С чего ты взял?!
– Таша, я видел это собственными глазами.
– Как ты мог видеть то, чего не было?!
Он вдруг сильно вспотел, так что лоб заблестел. Какой жаркий сегодня день!
– На камере наблюдения ясно видно. Ты заходишь в каюту. Потом туда же входит человек с ведром. В ведре у него чемодан. Потом стучит Наталья, и ты открываешь! Сама открываешь! А человек не выходил, то есть он был в каюте! Наталья уходит, ты закрываешь дверь. А через некоторое время человек выходит. Уже с пустым ведром. Так вот. Что это за человек? Кто? И почему ты его впустила?
Таша так разволновалась, что у неё в ушах зазвенело и даже будто заболело, как в тот самый день.
– Я никого не впускала в каюту. Я не знаю никакого человека с ведром! Я даже не помню, как заходила Наталья Павловна и заходила ли она вообще!.. Я не помню!
– Этого быть не может, Таша!
– Но это так и есть! – закричала она в отчаянии. – Я никого не впускала! У меня болело ухо, я спала!
– Ты открыла дверь Наталье и не заметила, что у тебя в каюте кто-то есть?!
– Никого не было у меня в каюте!
– Камеры показывают, что был!
– К чёрту твои камеры! – Она топнула ногой.
– Ты считаешь, что я украла драгоценности и прикончила доктора?!
– Должно быть объяснение…
– Уходи отсюда, – тяжело дыша, велела Таша. – Убирайся вон! И не смей ко мне подходить и разговаривать со мной! Никогда!
Он посмотрел на неё.
– Что за истерики? Мне нужно знать, только и всего. – Голос его звучал угрожающе. – Или мне придётся отдать запись в полицию, и они будут разбираться сами.
– Хорошо! – согласилась Таша. – Отдавай. Пусть они разбираются! Только я ничего не крала и никого не убивала. Уходи.
Он пошёл было к двери, но остановился и обернулся:
– Таша, – сказал он, – так нельзя. Давай нормально поговорим. А?
– Я не хочу с тобой говорить, ни нормально, никак! И не подходи ко мне больше никогда. – Она вдруг очень устала. Так устала, что села на диван, прямо в кучу вещей.
Он всё стоял и ждал.
– Ты знаешь, – сказала она и улыбнулась.
