В соседней палате кто-то поет про трех белых коней высоким, истеричным голосом.
Надо бы завтра найти Макса. Спрошу у него про эти браслеты и про дурацкое приложение «Пеликан».
Элла не разговаривает много лет, но что мешает ей пользоваться телефоном? Браслеты не могут быть просто совпадением, они как-то связаны с приложением.
Второй вопрос: за пациентами клиники вообще кто-нибудь следит?
Я уже собираюсь отправиться к главному врачу, чтобы задать этот вопрос в лоб, но отвлекаюсь на уведомление в телефоне.
У тебя слишком много секретов, Эмилия.
Секретами нужно делиться.
Какого хрена?
Опять неизвестный номер!
Я округляю глаза.
О. Мой. Бог.
Снова он?
Старалась не думать о маньяке, и он сам решил напомнить о себе?
Господи…
Я упираюсь плечом в стену. По телу проносится холодная волна, и я теряю равновесие. Сдавливаю в руке телефон, не отрывая взгляда от экрана.
А если это чей-то розыгрыш?
Вдруг я преувеличиваю?
Ага…
Кто-то пишет мне сообщения с нотками шизульки и оставляет послания на зеркалах, причем не только мне, но и Лео – а Кровавый Фантом именно так и преследует жертв перед смертью.
Конечно, что здесь преувеличивать?
Новое уведомление.
Только я смогу тебя успокоить.
Все мои органы окончательно покрываются льдом и останавливаются.
Какого дьявола?
Хорошо, о посланиях жертвам я слышала, да. Но не о переписке. Видимо, какой-то придурок хочет меня напугать. Зато Лео точно преследует маньяк, он ведь забрался к нему в дом и разрисовал зеркало. Возможно, явился, чтобы убить Лео, но там оказалась я, и он решил прийти попозже?
Не понимаю, зачем Кровавому Фантому охотиться за Лео? Бессмыслица.
Я оглядываюсь.
Никого.
Решаю все-таки сходить к главному врачу, но, когда делаю шаг вперед, кто-то вцепляется мне в плечо – да так, что я визжу!
– Эй, эй, детка, – хохочет женщина в черной кожаной куртке. Я не сразу ее узнаю. – Что бы кто ни говорил, но визг – не лучшее наше оружие. Каблуком в глаз – куда эффективнее.
– Боже, вы последний человек на планете, кого я ожидала увидеть в таком месте, – удивляюсь я, пока женщина дружески хлопает меня по спине.
Августина Дилинкони. Смерть для мужского эго. И мать Дремотного. Женщина, которая способна набить морду любому, судя по ее мускулам, и починить мотоцикл или машину. Несмотря на грозный вид, она по-своему красива. Высокая брюнетка в татуировках. Насколько я знаю: у Тины своя сеть автомастерских.
– Я думала, что вы у нас в городе всего на пару дней и уже вернулись в Москву.
– Не.
