"Игорь Марченко
Глаза цвета крови
Пролог
Остров Шикотан. Декабрь 1956 года. Советская пограничная застава
Старший лейтенант Виктор Патока, согласно уставу караульной службы, должен был взять с собой разводящего, но тому и так приходилось крутиться, словно белка в колесе, поэтому, решил он, пусть отдохнет. Состав караула – взвод отдельной караульной роты шестой стрелковой заставы. Солдат хватает, а офицеров мало. Вот лейтенантов из других застав с соседних островов один-два раза в месяц и определяют в наряд. Караульная служба шла привычным чередом – каждые два часа разводящий менял караул, устало приходил и заваливался спать.
Бодрствующая смена азартно играла в казарме в домино, попивая чай из самовара, кто-то начал тихо перебирать струны старенькой, обшарпанной гитары, пока в него не прилетела откуда-то влажная портянка и он не замолк. Виктор давно понял: главное – не вмешиваться в четко налаженный механизм заставы, и все будет хорошо.
Пробудившись от дремы часов в десять вчера, он решил подышать свежим воздухом.
«Проверю заодно посты!» – сказал он себе мысленно. Быстро надев шинель и валенки, закинул на плечо автомат АК-47, после чего неохотно вышел из жарко натопленной казармы в морозную ночь. Над крыльцом на столбе горела масляная лампа. В конус света из черноты неба то и дело влетали большие лохматые снежинки и плавно ложились на дорогу.
Виктор вышел из круга света и медленно зашагал по нечищеной дорожке к посту номер два. Тишину зимнего леса нарушал только скрип снега под его ногами да приглушенные расстоянием звуки далекого морского прибоя.
Не без труда взобравшись на заснеженный пригорок, где находилась караульная будка, посветил фонариком в темное окошко, выхватив часового. Тот в тулупе с автоматом на плече спит, сидя на табуретке, привалившись спиной к стенке. Караульный, внезапно открыв глаза и не понимая, уставился на офицера. Глаза у него карие, лицо смуглое, а сам он по национальности якут. Это был немногословный рядовой срочной службы Дорсун Тойтох с погонялом Монгол.
Вдруг на минуту Виктор отчетливо представил, как часовой снимает с плеча автомат, передергивает затвор и целится в него.
Вполне логично поступит, по уставу, и будет совершенно прав, если выстрелит. Офицер пришел один. Разводящего с ним нет. Какого черта он здесь забыл?! Картина была настолько дикая, что Виктору стало не по себе.
– Есть табачок? – непринужденно спросил Виктор. – Как дела, боец?
– Хорошо, товарищ лейтенант, – смутился якут, жмурясь от света. – Я не курю.
