Хочешь закончить, как торчки местные, под чьим-нибудь забором? Так вперед, тебя никто не держит.
Мурат, громко фыркнув, тоже встает с места. Еще нравоучений не хватало. Достаточно.
– Ты куда? Меня дослушать не хочешь? – требовательно спрашивает Слава, и его интонация только усиливает желание поскорее исчезнуть.
– Наслушался уже. – Ответ звучит злым и горьким.
– Твою налево, – Толик уныло комментирует, вороша угольки веткой. Прогоревшее в середине полено с мягким шорохом ломается пополам.
* * *В лесу темно, черт ногу сломит.
Мурат, освещая тропинку вялым фонариком от зажигалки, спотыкается о корни и агрессивно срывает влажные листья, лезущие в лицо. Слава впервые разозлил до дикого желания начистить ему рожу. Никогда он себе такого не позволял, никогда не лез с поучениями, а тут вдруг раз – и ножом в спину. В конце концов, Мурату самому решать, стоит ли себя уничтожать. В этом вопросе только он имеет право на мнение, потому что это его жизнь и его проблемы. А Славке, этому моралисту, у которого в семье все в порядке, никогда не понять, что у Мурата в душе.
– Ты че здесь забыл? – Денис стоит под шапкой листьев с ветками в руках. Ну просто полное комбо, не иначе! – Я же спецом свалил, чтоб вы там своей компашкой посекретничали.
Выглядит он максимально нерадостно, вполне может посоревноваться в степени взвинченности. Но Мурат не горит желанием ни в чем соревноваться, он просто по-человечески хочет побыть наедине с собой.
– А ты-то чего психуешь? – Мурат говорит это с откровенным наездом, давая понять, что у Дениса не должно быть причин так себя вести.
– Действительно. – Тот подходит ближе. – Чего мне психовать? Твоя же жизнь меня волновать не должна.
– А волнует?
– Волнует. Потому что я с тобой нормально общаться хочу, а не на цыплячих правах.
Мурат едко усмехается. Денис таращится на него так, словно еще шаг, и кинется как бешеная псина. Какой же абсурд! Еще бы Мурат отношения с малолетками не выяснял. Пусть Денис и переступил порог совершеннолетия, от этого он резко не поумнел.
– С чего ты взял, что я хочу о себе рассказывать? Ты что думал, раз посмеялись сегодня у костерка, за жизнь поговорили, так все шито-крыто уже, можно и за ручки подержаться?
– Вот, значит, как? – Денис, вопреки всему, спешит в наступление. – Я жопу себе рву, чтоб хоть как-то сблизиться с тобой, а ты не только мне не доверяешь, но еще и всерьез не воспринимаешь!
– Назови мне хоть одну причину, почему я должен делать иначе.
Денис с досады пинает влажную кочку.
